— Вот уж не думал, что я так завязну… — наконец тихо промолвил он. — Я, честно говоря, считал, что в любой момент могу развернуться и уйти, но как только его увидел, понял, что не в силах этого сделать.
— Я тебя предупреждала, — тяжело вздохнула Ребекка.
— Да, но я-то тебе не верил! Мне всегда казалось, что отцовство — это не моя стихия.
— Дело не только в отцовстве. Кевин вернул тебе Диану.
Мейсон хотел что-то ответить, но в эту минуту раздался телефонный звонок. Разговор длился от силы пару минут.
Выслушав собеседника, Мейсон коротко сказал:
— Сейчас выезжаю.
И встал из-за стола.
— Ты куда? Что случилось? — забеспокоилась Ребекка.
— Так я и думал, — процедил сквозь зубы Мейсон, поспешно надевая пиджак, — Кристина Тейлор решила бежать. Впрочем, я бы на ее месте поступил точно так же. Придется объяснить ей, что это не лучший выход.
— Ты смотри поосторожней с ней, — предупредила Ребекка. — Когда мать защищает своего ребенка, она превращается в тигрицу.
— Да плевать я хотел на эту чертову бабу! — в сердцах воскликнул Мейсон. — Мне еще ее бояться!
Крис посадила Кевина к себе на колени и уткнулась носом в его затылок. Свежевымытые детские волосики приятно пахли.
По дороге в аэропорт малыш забрасывал ее вопросами, а когда они наконец приехали, вдруг как-то странно затих, словно осмысливая услышанное.
Честно говоря, Крис надеялась, что он отнесется к идее переезда с большим энтузиазмом. Кевин обожал самолеты и часто просился посмотреть, как они взлетают и приземляются. Однако теперь его ничто не вдохновляло, а ведь он никогда еще не летал и, казалось бы, должен был прийти в восторг от одной идеи полета.
Но Кевина интересовало только, когда они вернутся домой, а разговоров обо всем остальном он упорно избегал.
Крис сперва решила, что он не понимает до конца смысл происходящего. По-видимому, ему кажется, что они немного попутешествуют и приедут обратно.
Но потом она пришла к выводу, что Кевин прекрасно все понял. Он вообще был очень смышленым мальчуганом. Нет, скорее всего, он пытается таким образом заставить ее отказаться от переезда.
И, словно подтверждая догадку Кристины, ребенок спросил:
— А Трейси к нам приедет?
— Ну… когда-нибудь, наверно, приедет.
— А почему не сейчас?
— Потому что нам их пока негде поселить.
— А наш новый дом тоже желтый?
— Не знаю. Но мы можем его сами покрасить. Это от нас с тобой зависит.
— А Трейси нам поможет?
— Если приедет, обязательно поможет.
— А почему мы не взяли все мои игрушки?
— В самолете мало места.
— Их потом почтальон принесет, да?
— Поживем — увидим.
Наконец вопросы Кевина иссякли, и Кристина вздохнула с облегчением. Ей было безумно больно видеть, как он переживает, но она убеждала себя, что действует ему на благо. Когда-нибудь Кевин поймет, что у нее не было другого выхода.
Конечно, лишать ребенка отца не годится. Очень может быть, что когда-нибудь Кевин даже предъявит ей претензии: дескать, зачем ты это сделала? Но это когда еще будет, а сейчас… сейчас надо действовать! Слишком многое поставлено на карту. Потом, когда Кевин подрастет и будет способен противостоять опасному влиянию Мейсона Уинтера, она, может, и расскажет ребенку про отца. Пусть выбирает, нужен ему такой человек или нет. Но пока нужно оградить малыша от этого влияния. Иначе она потеряет сына.
Кристина никого не посвятила в свои планы, даже Мэри, ведь подруга принялась бы ее уговаривать остаться и бороться за Кевина до конца. Но Крис боялась судебной тяжбы. Она понимала законность требований Мейсона и подозревала, что суд встанет на его сторону.
Нет, действовать надо неожиданно и втайне ото всех!
Хотя в глубине души Крис вовсе не была уверена в успехе своей дерзкой затеи. На ум то и дело приходили слова Мейсона о частном детективе. Сыщик их в два счета обнаружит, если не принять соответствующих мер предосторожности. Каких? Прежде всего нельзя оставлять следов. Нужно исчезнуть в одночасье, как сквозь землю провалиться. Только тогда можно надеяться, что Уинтер их не обнаружит в ближайшее время.
Легко сказать, да трудно сделать. Крис никогда не умела хитрить и изворачиваться, но ради Кевина она приготовилась пойти и на это. Ведь на карту была поставлена ее судьба.
Господи, как же трудно бывает учесть все обстоятельства! Кажется, ты продумала каждую мелочь, и вдруг — на тебе, в последний момент всплывает что-нибудь непредвиденное! Так, когда пришло время заказывать билеты на самолет, она допустила оплошность и указала свое настоящее имя. А следовало бы назваться вымышленным.
Но одно правило Кристина усвоила твердо: долгосрочных планов в подобных случаев строить не следует. Поэтому она и сама не знала своего маршрута, а собиралась добраться сначала до Далласа, позвонить оттуда Мэри и на месте сориентироваться, как быть дальше.
Поддерживать связь с Хендриксонами она собиралась лишь до тех пор, пока это безопасно и для них и для нее. Но если Мейсон обратится в суд, лучше исчезнуть и не ставить друзей в трудное положение, когда им придется либо ее выдать, либо дать ложные показания под присягой.