Неча на зеркало пенять, коли рожа крива, Оля. Давай одевайся, причесывайся, бери ребенка и выходи к гостям. Интересно, где носит нашего хирурга?! Обещал ведь прийти пораньше… И знает ли он, что скоро станет своей русалочке…хммм….кем? Ну каким-то родственником, в общем.
Давай, Оля, будь мужиком, соберись!
Я решила делать вид, что вижу эту Таню в первый раз в своей жизни. Посмотрим, что это за птица – как общается, чем дышит, к чему стремится… Надо бы аккуратно выяснить, что она думает о женщинах, разрушающих семьи. Кто ее знает – может, для нее это в порядке вещей. И тогда… А что тогда? Ослепить Сашу и запретить с ней общаться? Детский сад, штаны на лямках…
С этой Таней совсем забыла как следует разглядеть свою будущую невестку. А она ничего, кажется: не сводит глаз с Андрюшки, да и он млеет – вон, даже под столом за руки держатся. Ой, как хочется надеяться, что это любовь – такая, какая бывает только раз в жизни.
Черт, и все равно не могу думать ни о чем другом, кроме этой хищницы.
К слову, я привела себя в порядок, чтобы не выглядеть на фоне этой Тани пугалом, и все равно мне до нее далеко. Она ухожена до кончиков ногтей – у меня лично ощущение, что она целыми днями не вылезает из спа-салонов. Честно попыталась найти какой-нибудь изъян в ее внешности, но его просто нет. Правда, подозреваю, что грудь у нее не своя – не может своя быть такой большой и аппетитно круглой. Да и это скорее для мужчин плюс, чем минус.
– Таня, а чем вы занимаетесь? – я решила вспомнить о гостеприимстве хозяйки и начать светскую беседу.
– Я кардиохирург, – она широко улыбнулась, выставив на всеобщее обозрение ряд белых, как жемчуг, зубов, – Чиню забарахлившие моторчики, от которых зависят человеческие жизни. Такая вот у меня работа.
Моторчики?! Однако, своеобразное у нее чувство юмора. Интересно, а ТАМ – тоже моторчик?
Воображение у меня бурное, поэтому я живо представила себе картинку, где Таня, хищно облизываясь, говорит моему мужу: "Ну как, завести тебе твой моторчик"?
Хмм… Перестань об этом думать. Перестань сейчас же…
– Ой как здорово! – пропела я каким-то фальшиво-тонким, не своим голосом, – А у меня муж тоже врач – хирург. Андрей вам наверное рассказывал… И что, в вашей больничке мужчины совсем слепые? Не видят, что такая красавица одна? Никто за вами там не ухаживает?
Мдаа, немного откровенно, агрессивно и напористо получилось. Шашки наголо – и вперед. Но мне надо знать, что она ответит!
В глазах Тани мелькнуло удивление, но воспитанность взяла верх.
– Если честно, мне пока не нужны новые отношения, – сказала она сухо, – Только что пережила очень болезненный развод, поэтому для меня пока существует только работа…
– Ой, как жалко, – сказала я, не испытывая ни капли сочувствия, – Простите.
– Да ладно тебе, не скромничай, – вдруг встряла в разговор Вася, отложив вилку, – Вы знаете, где бы она ни появлялась – мужчины за ней увиваются. И на работе тоже…
– Не надо, Вася, – одернула сестру Таня, слегка покраснев. И, окончательно смутившись, принялась наглаживать кота. Тот млел, слегка высунув язык – показатель высшего кайфа. Предатель. Иуда. Продажная шкура. Все вы, мужики, одинаковы: видите красивую женщину и сразу языки вываливаете от восторга…
– А вот и я! Простите, что опоздал! – в прихожей хлопнула дверь, и мой муженек, держа в руках большую коробку пирожных, заглянул в комнату, – Вы уже на…
Он не договорил. Пластиковая коробка выскользнула у него из рук и раскрылась. Васька – который кот – мигом вскочил и принялся подозрительно обнюхивать корзиночки с кремом. Чихнув для порядка, отошел – "Ну и гадость" – было написано на его морде.
А вот что написано на морде… ой, простите, на лице моего мужа, – сказать трудно. Удивление? Или ужас?
Подумалось мне сегодня, что "сноха" – это та бесправная женщина в семье мужа, с мнением которой никто не считается. Та, которая терпит унижения, оскорбления, тяжелую работу и… все молча сносит. В смысле, терпит.
Не знаю, как там в словаре "Живого Великорусского", а у нас сноха явно не будет на бесправном положении в семье. Всем покажет, где раки зимуют. И Ваське тоже.
Пока муженек отходил от первого шока и, нервно смеясь, представлял нам свою коллегу (исподтишка поглядывая при этом на мою реакцию), Васенька достала из сумочки какой-то журнал и принялась его листать. Андрея, вначале не проявившего ни малейшего интереса к глянцевому изданию, весьма энергично пихнули в бок и заставили смотреть на картинки.
Интересно, что это там у нее? Ах, как жаль, что мое зрение ухудшилось после родов…
Приставив указательный палец к глазам, я сощурилась, как китаец, я попыталась разглядеть название журнала.
– Ой, как здорово! Значит, мы с вами скоро сроднимся, Александр Павлович! – долетел до меня звонкий голосок Тани, – Как тесен мир, Вы не находите?
А, это она у меня уже спрашивает. Пришлось перестать безуспешно изображать китайца и включаться в диалог с оттенком светской беседы.
