Сама очаровательнейшая в своем искреннем смятении Ольхеа, в компании капитана Сердас откровенно бледнела под его насмешливо-проницательным взглядом. Да, он мог пожалеть свою давнюю любовницу за какие-то мелкие огрехи, но прилюдное неповиновение прощать нельзя… невыполнение наказания так же. Впрочем, судя по натянутым улыбкам эти интриганки еще на что-то надеялись.
— Лейтенант Алонски, капитан Сердас, прохлаждаемся и отлыниваем от работы? — бодро вопросил адмирал подойдя к военнослужащим.
— Адмирал Вейнер, — зачем-то произнесла лейтенант и взглянув за адмирала, выдала еще более натянутую улыбку.
В этот момент за спиной Айрона приоткрылась дверь, из нее выглянула растрепанная головка Райве и одними губами девушка прошептала: «Отвлеки его!».
Как выполнить сие задание Ольхеа не представляла, а взгляд адмирала, направленный на нее, становился все более насмешливым и лейтенант решилась на действия:
— Адмирал, давно хотела поговорить с вами! — начала лейтенант Алонски.
— Я вас слушаю, — завораживающим шепотом ответил Айрон, искренне наслаждающийся ситуацией.
От подобного тембра адмиральского голоса и капитан и лейтенант утратили дар речи. Но собравшись с силами, Алонски продолжила:
— Это личный разговор и… мне хотелось бы побеседовать наедине…
— Совсем-совсем наедине? — с намеком произнес Айрон, делая шаг к лейтенанту и недвусмысленно наклоняясь.
Впрочем, позволил он себе только этот доверительно-интимный жест, не заходя дальше.
— Сссовсем… — растерявшись, ответила Ольхеа.
— Не могу, — все тем же волнующим шепотом сообщил Айрон, — я теперь женат, знаете ли…
— Зззнаю, — как зачарованная ответила лейтенант Алонски и сморозила откровенную глупость. — А ваша жена не против!
— Знаю, — в свою очередь ответил Айрон, — воспитание, знаете ли… привыкла она к гаремам. Но… мы-то с вами разумные и цивилизованные люди и не поддадимся тлетворному влиянию авийских обычаев. Правда?
— А… ага, — их отношения начались и завершились на Теяре, так как адмирал всегда придерживался четких моральных устоев, но именно в это мгновение лейтенант искренне пожалела, что данную беседу не удастся продолжить.
— Ну, так я пойду? — едва сдерживая смех, вопросил Айрон.
Но в этот момент позади него вновь показалась мордашка Райве, которая удивленно посмотрела на капитана Сердас. Тора беззвучно ответила: «Не выйдет!». Авийянка приняла решение мгновенно: Бесшумно выскользнув в коридор, Райве стряхнула воду с рук, поправила прическу, демонстративно расстегнула верхние застежки на сорочке и на мундире. А затем, сложив руки на груди, и тем самым выставив на обозрение привлекательную ложбинку, принялась играть роль:
— Негодяй! — вопль потряс всех, никто и не думал что авийянка обладает столь высоким фальцетом. — Да как смеете вы, дорогой супруг, изменять мне на второй день после свадьбы! Это оскорбление для дочери фасиха Фенияра!
Обе женщины от неожиданности вздрогнули испуганно уставились на девушку, и только адмирал откровенно давился смехом, в результате ему пришлось опереться рукой о стену, чтобы не упасть.
— Вам еще и весело? — тем же фальцетом продолжила гневаться Райве.
— Очень, — продолжая хохотать, ответил адмирал и повернулся к супруге.
Девушка ожидала иной реакции, совсем иной. Но вместо проявления чувства вины, или хотя бы восторга при взгляде на нее, Айрон продолжал потешаться. И когда авийнка решилась на развитие скандала, неожиданно невозмутимо заметил:
— У вас паук на волосах!
Вот теперь пришло время удивляться адмиралу, так как вместо визга и воплей, Райве стремительно подошла к капитану Торе и торопливо попросила:
— Сними, пожалуйста. Только осторожненько, не повреди ничего, я еще теярских пауков вживую не видела.
Капитан отнеслась к просьбе крайне негативно, прошипев:
— Во-первых, терпеть не могу насекомых, а во-вторых… тут никого нет.
— Вот сволочь, — выругалась Райве, направив взгляд на того, кого именно и считала сволочью, и добавила, — причем лживая.
Продолжая ухмыляться, Вейнер ждал развития событий. В том, что они последуют, сомнений не было. И действительно — авийянка, осознав, что первая стратегия не дала положительного результата, решилась сменить гнев на милость.
— Ах, — демонстративное прижимание ладошек к груди… левой, — когда женщина занимается домашними делами… — сказала и сама сообразила что совершенно не в тему, но игру продолжила, — тогда у нее совершенно не остается времени на мужа и… вот результат!
Стремительно приблизившись к едва сдерживающему хохот супругу, Райве порывисто обняла его за шею, и потянув развернула так, чтобы адмирал вновь находился спиной к двери в хранилище. А затем обняла за шею обеими руками, страстно глядя в смеющиеся серо-голубые глаза и прошептала:
— Но я позволю вам искупить свою вину… поцелуем! — и говорила она это определенным образом, так что казалось, будто у девушки от восторга сердце замирает.
