Ночью всё изменилось до неузнаваемости. Мимо нас постоянно проезжали машины, а где-то вдалеке короткими очередями работал автомат. Вскоре к нему присоединилось и другое оружие, громкие хлопки которого разносились по округе. А затем грохнуло так, что с крыши на рожу пыль полетела. И грохот оружия слился в единую канонаду, будто совсем рядом проходила линия фронта.
Бой был нешуточный. Продлился он около часа, и всё это время периодически что-то взрывалось, заставляя нас вжимать головы в плечи.
Слава богу, у Кати хватило мозгов не вскрикивать каждый раз, когда это случалось. Она свернулась калачиком на старом матрасе, который я бросил для неё на единственно свободном пятачке у оцинкованного ведра, предназначенного для туалета. Девушку трясло от страха, но она стоически терпела и даже больше не плакала.
Проснулся я раньше всех. Сквозь небольшие щели в тёмное нутро гаража проникали тонкие лучики света. Без каких-либо мыслей я лежал, рассматривая причудливое движение пыли. Подниматься не хотелось. Но ещё больше не хотелось подыхать, а именно это нам светит, если не возьмёмся за ум.
Покинув раскладушку, я направился к воротам. Распахнул калитку и выскочил на улицу. Отойдя подальше, чтобы не разводить сортир у нашей берлоги, опорожнил мочевой пузырь и осмотрелся. Вокруг было тихо, словно вчерашней ночью никто не стрелял и не летал мимо нас на машинах. А я вдруг задумался: почему сейчас? Какой смысл нападать на человечество в пик активности дневного времени суток? Ну сколько сейчас длится ночь? Часов шесть максимум? Не самое умное решение, но они почему-то поступили именно так. Или я чего-то не понимаю и в этом шаге есть логика и здравый смысл?
За спиной раздался какой-то шорох. Я обернулся и, прежде чем успел что-либо сказать, Олег оттянул штаны и зажурчал прямо на наши ворота. И к делу подошёл очень тщательно, распределяя мочу на максимально возможную площадь. Даже пару раз на носочки встал, чтобы подкинуть струю повыше.
— Олень, — буркнул я, проходя мимо.
— Чё-о-о? — протянул он, не понимая, за что ему снова досталось.
— Ну у тебя ум есть, нет? — продолжил я, когда он вернулся в гараж. — Ты ещё кучу навали прямо у калитки. Ну или сразу на воротах напиши, что мы здесь.
— Ой, — смутился Заварзин, — это я как-то не подумал.
— Потому что ты дебил, — добавил Колян из машины.
— Э, слышь, хорош уже! В натуре достал кукарекать!
Брат выбрался из салона и молча, пройдя мимо с кривой ухмылкой, выбрался на улицу. Катя тоже проснулась, но на утренний туалет не спешила. Уселась на матрасе, поджав колени к подбородку, и наблюдала за нашими действиями.
Я залил воду в походный чайник объёмом всего литра на полтора и запустил газовую горелку. Вода вскипела быстро. Пошарив по гаражу, я собрал в одну кучу все кружки и поставил рядом с ними банку кофе и упаковку пакетированного чая.
Ухаживать за всеми у меня в планах не было. А потому я навёл себе кофе и снова выбрался на улицу, сунув в рот сигарету. Курить хотелось просто невыносимо, но я всячески себя сдерживал, чтобы не вонять табаком. Сейчас бояться нечего, да и некого, а потому можно насладиться утренней дозой никотина.
— Дай сигарету, — выбрался следом Заварзин.
— Далеко адреса находятся? — спросил я, протягивая ему пачку.
— Какие? — не понял вопроса он.
— Ну охотников этих, которых ты проверял.
— А-а-а, ты об этом. Да я тебе на бумажке запишу.
— Олег, — я внимательно посмотрел на участкового, — ты вообще как, нормальный, нет?
— Да чё ты меня кошмаришь-то постоянно?
— Не тупи, какие бумажки, ёпт⁈ Я что, один здесь всё делать должен?
— Да я-то откуда знаю, что у тебя в голове? — нашёл оправдание он. — Может, ты меня брать с собой не хочешь?
— Не в этот раз. Нам нужно стволами разжиться. И серебром.
— А серебром-то на хрена?
— Оно их убивает.
— Серьёзно?
— Ну ты сам как думаешь?
— Мальчики, а можно мне попи́сать? — прервала нашу беседу Катя, которая скромно выглянула из гаража.
— Да ссы, не ссы, — выдал Заварзин и заржал, будто это шутка года, не меньше.
— Вон туда пройди, там норка будет между гаражами и кустарником, — махнул рукой я. — Только под ноги внимательно смотри.
— Угу, — кивнула девушка и побрела в указанном направлении.
— А с ней чё делать будем? — спросил Олег, когда Катя удалилась.
— В смысле? — теперь не понял вопроса я.
— Да она же балласт, — пояснил Заварзин. — Чуть какой кипиш начнётся, она же нас всех спалит.
— А ты у нас прям самый полезный член общины, — донеслось из гаража.
— Слышь, он чё меня провоцирует постоянно? — уставился на меня Олег. — Я ведь ему рано или поздно в торец дам.
— Внимания не обращай, он сам от тебя отстанет, — отмахнулся я. — Так что по серебру скажешь?
— Я тебе чё, ювелир? — пожал плечами Олег.
— Ну, может, знаешь кого? Ломбард какой-нибудь, где ворованное принимают, или частника, может?
— Ты сериалов ментовских обсмотрелся? — хмыкнул участковый. — У нас все ломбарды легальные, на базе магазинов. Если их ещё не обнесли, можно пошарить. Да даже если обнесли, люди в первую очередь золото выносить кинутся, так что шансы есть.
