— Сколько вас?
— Двое, — не моргнув глазом соврал я.
— Жди, — сухо ответили мне, и силуэт куда-то испарился.
— Эй, эй, — завопил я! — Постой, выпусти нас!
— Брак! — раздался крик снизу. — Чё там у тебя?
— Хрен знает, — ответил я. — Здесь решётка.
— А орёшь чё?
— Да подожди ты! — крикнул я. — Заткнись!
Я прислушался и даже подался поближе к решётке, из-за которой доносилось невнятное бормотание. Слов я не разобрал, но как понял, человек, заметивший нас, был не один.
Честно говоря, я не знал, как на это реагировать. Кто они? Враги или друзья? Случайные путники или явились сюда целенаправленно? А вдруг это те, кто работает на выродков? Ведь кто-то же должен охранять захваченный кремль днём. Так почему бы не определить на это предателей?
Мысли пронеслись в голове со скоростью света, но отклика в душе не нашли. Чутьё, которое успело выработаться за время моих приключений, молчало. А вскоре явился человек и окончательно их развеял.
— Эй, ты там? — спросил он.
— Да, здесь. Ты поможешь?
— Да, только не вздумай дёргаться.
Звук работающей трещотки я узнаю даже с завязанными глазами. Я был прав, решётка крепилась к раме при помощи болтов. И вот мне даже интересно, каким образом Макар собирался покинуть бункер? Если он так хорошо его изучил, то не мог не знать об этом.
— Слышь, как тебя там? — заговорил человек снаружи. — Болт прокручивается, нужно гайку подержать.
— Здесь нет никакой гайки, — произнёс я.
— Быть не может, посмотри повнимательнее.
И я посмотрел. Из-за проникающего снаружи света я попросту не заметил щель в кирпичной кладке. А точнее, половинку кирпича, свободно торчащую в нише. И как только я её извлёк, тут же получил все ответы. Инженеры не дураки и продумали все нюансы, в том числе и возможность выбраться из бункера изнутри. С моей стороны вместо гайки болт фиксировал эдакий барашек.
Я взялся за него и попытался скрутить, но болт предательски провернуло в отверстии. Вряд ли советские конструкторы пропустили такое, наверняка на этот счёт у них тоже имелось решение. И стоило внимательнее изучить болт, как я усмехнулся. Он имел отверстие в теле, а в этой же нише я обнаружил огрызок от электрода, позволяющий зафиксировать стержень. Всё гениальное — просто. Но сейчас оно мне и требовалось. Я уцепился за барашек и крикнул человеку снаружи, чтобы он поработал трещоткой.
Вскоре болт вышел из отверстия, решётка приподнялась на двух скрытых петлях, приваренных сверху, но вместо спасения внутрь проник ствол автомата.
— Не дёргайся, — в очередной раз посоветовали снаружи. — Просунь руку.
Я послушался и выставил наружу ладонь. В неё тут же легло что-то ледяное. Хотя я и без подсказок понял, что это могло быть. Несмотря на то, что на улице сейчас день и солнечный свет уже доказал бы мою человечность, серебру люди доверяли больше.
Я продержал холодную плюшку несколько секунд, после чего решётка окончательно приподнялась, и в небольшом оконце появилась рожа спасителя.
— Всё нормально, выходи.
Легко сказать. Лаз наружу располагался с противоположной стороны от скобяной лестницы. Пришлось как следует извернуться, чтобы выбраться на свет божий. Возможно, это было сделано для того, чтобы максимально усложнить проникновение в бункер. Потому как спуститься тем же путём я бы сумел с большим трудом. Это же нужно и решётку придерживать, и на противоположной стене ногой скобу нащупать. И всё это реально пришлось бы делать вслепую.
Я вывалился в сугроб и пару секунд щурился от яркого солнечного света. А когда глаза привыкли, утратил дар речи. Крепость выглядела как после бомбёжки. Впрочем, почему как? Здесь натурально поработала авиация или артиллерия. Вся привратная площадь была усеяна воронками, пара из которых имела диаметр не менее трёх метров. Но самое веселье, кажется, происходило за стеной. От дома, что располагался через дорогу от главного входа, осталась дай бог половина. Из него до сих пор валил чёрный дым. Со стены, прилегающий к надвратной башне, слетела крыша, да и на самой башне от неё остались жалкие крохи. Часть кладки осыпалась, как мне показалось вначале. Но, присмотревшись внимательнее, я увидел то, чего даже не мог себе представить: она оплавилась. Это какая же должна быть температура, чтобы превратить в стекло красный кирпич⁈
— Что здесь случилось? — Я покосился на человека.
— Победа, — усмехнулся он, высунув голову из лаза в вентиляции. — Ты вроде говорил, что вас там двое.
— Да, точно! — Я хлопнул себя по лбу и поспешил к решётке.
Вид изрытой взрывами площади выбил меня из колеи. Странно, что мы ничего даже не услышали. С другой стороны, бункер залегал на глубине сорока с лишним метров, а это довольно серьёзная звукоизоляция. Плюс там непрерывно гудела вентиляция и генератор. Да и надо признать, спать мы легли не совсем трезвыми. В том смысле, что вырубило нас основательно — меня уж точно. Я за всю ночь ни разу не проснулся, так что легко мог пропустить звуки бомбёжки.
— Стэп! — крикнул я напарнику. — Поднимайся.
— А шмот? — спросил он, выглянув в вертикальную шахту.
— Поднимайся, ёпт, — раздражённо повторил я.
