— Я, пожалуй, пойду, у меня дела. Вернусь поздно. А вам, кажется, надо поговорить, — после чего повернулась ко мне и добавила: — Не злись, красавчик, тебе не идёт. А Настёна у нас неженка и любит летать в облаках. Ещё увидимся.
Она мне подмигнула и гордо вышла из комнаты. А вот я уже, кажется, отошёл от шока, и меня начала накрывать злость.
— Объяснишь? — гневно спросил я.
— А с чего это я должна тебе что-то объяснять? — начала защищаться черноглазка. — Мы же с тобой просто друзья.
— И в самом деле. Просто друзья — отрезал я, выплевывая слова. Возможно, она права, но я кипел от всего, что я только что увидел — Тогда объясни «ДРУГУ», что за хрень только что происходила? Ты уж меня извини, но это было не очень похоже на обнимашки лучших подруг.
— Не твоё дело! Что ты вообще тут делаешь? Почему зашёл без приглашения? Это моя комната! Моё личное пространство! Ты не имел права заходить сюда как к себе домой! — злилась девушка. Да, конечно, я это понимал, но взять себя в руки всё равно не мог. Слишком сильные эмоции вызывала во мне вся эта ситуация.
— Хотел пригласить тебя на бал! Мне казалось, я тебе нравлюсь. Нет, я был в этом уверен, потому что ты вела себя именно так. И вообще, тут было открыто, а я стучал, — слегка повысив голос, высказал я всё, что думаю, совершенно забыв о том, что обычно я достаточно стеснителен, особенно когда дело доходит до чувств.
После этого Настя стушевалась, её злость разом померкла, а в глазах появился стыд и какая-то грусть. Она молча подошла ко мне, прильнула к груди, крепко обняв, а потом сразу отстранилась и сказала:
— Прости меня, Дин. Ты самый лучший, самый замечательный друг. И я искренне тебя люблю… Но не более, чем друга. Я, — она сглотнула, — я не такая, как другие. Странная, неправильная, бракованная. Я… Я никогда не смогу полюбить тебя как мужчину. Я вообще никогда и никого не полюблю как мужчину. Прости, — её голос был пропитан виной и сожалением. Но мне было всё равно. Было слишком больно, чтобы её понять или пожалеть. Мне как будто бы воткнули нож в сердце. Просить прощения в такой ситуации бессмысленно — это никак не унимает боль, злость и разочарование.
— Ты должна была сказать раньше. А ты играла со мной, как с собачкой. Ты вообще планировала мне рассказать? Или тебе нравилось иметь мальчика на побегушках, готового ради тебя на всё? — мрачно бросил я.
— Прости, пожалуйста, — вновь протянула Настя, а потом добавила: — Не рассказывай никому, прошу тебя. — У меня нет привычки рассказывать кому-либо чужие секреты. Уж это ты должна была понять. Хотя, как показывает практика, иногда в человеке можно очень сильно ошибиться, — сказав это, я резко развернулся и вышел из комнаты. Видеть «подругу» у меня больше не было ни сил, ни желания. Она слишком глубоко забралась ко мне в сердце, а потом безжалостно его разбила.
Я вернулся в комнату, настроение было хуже некуда. Сразу вспомнилась история с Китти. Сравнивать их, конечно, нельзя — мы с Настей и в самом деле всего лишь друзья. Но боль была примерно одинаковой.
Заперев дверь, я опёрся спиной на стену и долго стоял, ощущая холод кирпича, пытаясь привести мысли в порядок. Но легче не становилось. Захотелось всё ломать и крушить. В итоге я развернулся и с силой ударил кулаком по стене, разбивая костяшки в кровь. Кусок штукатурки отлетел, оставляя некрасивую вмятину, но легче не стало совершенно.
«Мне срочно нужно выпить», — пронеслось в голове. Недолго думая, я накинул на себя куртку с капюшоном и направился в бар неподалёку от академии. Заведение было небольшое, можно даже сказать — уютное. Я слышал о нём раньше, но никогда не бывал. Не фанат я подобных мест.
Войдя внутрь, первым делом отправился к барной стойке, заказал джин со льдом и выпил залпом. С непривычки голова слегка закружилась, но этого явно было мало. Я попросил бармена повторить и с бокалом направился к бильярдному столу, находящемуся в углу заведения. В моём родном городке было несколько мест, где можно было найти бильярд, и мы любили наведываться туда с друзьями. И сейчас я не отказался бы погонять шары и продемонстрировать своё мастерство.
За игрой я даже не заметил, как опустошил второй бокал. Настроение слегка поднялось, по телу разлилось приятное чувство лёгкого опьянения. Я уж было собрался отправиться за добавкой к бару, но меня опередили.
Красивая девушка с каре, в чересчур короткой юбке и провокационном топе протянула мне бокал с горячительным напитком. Она пожирала меня глазами, без слов намекая, что не прочь познакомиться поближе. Первая мысль была отказаться, но какого демона! С какого перепуга я должен отказывать себе в удовольствиях? Ради кого я храню этот долбанный целибат? Ради той, кто моей жертвы никогда не оценит?