Уже почти дойдя до аудитории, я остановился как вкопанный, только сейчас осознав последние слова магистра ред Барой и понял, что в Канаву меня магичка отправила не потому, что хотела наказать за дерзость, наоборот, женщина пыталась меня спасти.
Подобная трепка Авалиса, даже если все происходило по законам академии, не могла пройти для меня бесследно.
Я слышал краем уха от однокурсников, что уже через пару дэн после моего заключения, в академию нагрянул посол Иринари.
Почему-то сначала подумал, что он пожаловал проверить самочувствие своих подопечных. Конечно, не без этого, но сдается мне, основной целью его посещения был я.
Если Орвану и Ларифе, ничего не угрожало, так как они являлись подданными других государств и портить с ними отношения эльфы не стали бы из-за столь незначительного происшествия, то меня, скорее всего, не спас бы и новоиспеченный титул.
Я являлся эльфом. Считался предателем, был изгнан из своей страны как преступник, а значит, ни при каких обстоятельствах не имел права нападать на своих соплеменников. То, что все происходило на арене и являлось честным поединком, вряд ли кого-то волновало. Посол запросто мог попросить для меня любого наказания, вплоть до смертной казни, или же потребовать выдать как государственного преступника.
Сомневаюсь, что ректор пошел бы на конфликт с представителем другой страны из-за обычного адепта. Наверняка магистр ред Барой вступила в противостояние с послом и вышла из него победительницей, так как я все еще находился в стенах академии, а Авалис, проходя мимо, теперь только скрипел зубами от злости и кидал в мою сторону яростные взгляды, не имея возможности выкинуть очередную пакость.
М-да, если бы я после поединка безнаказанно бродил по академии, а не сидел в Канаве, то последствия могли бы оказаться совершенно другими.
Я определенно точно нравился леди Алтее. Магичка, конечно, радела за своих адептов, но не до такой же степени. Подобные действия могли стоить ей карьеры.
Покачал головой, прекрасно понимая, что обязан своей жизнью человеческой магичке. Теперь мне захотелось еще больше узнать, что понадобилось Иригану Смойлу от магистра ред Барой. Не даром же он постоянно ошивался рядом с ней. К тому же, я каждый раз замечал, как напрягалось тело женщины, словно готовясь к отражению атаки, стоило проклятому вампиру подойти к ней ближе, чем на пару шагов.
Ужасно раздражало то, что на письмо в гильдию наемников я так и не получил ответа.
С подобными мыслями открыл дверь и зашел в аудиторию, чтобы продолжить грызть гранит науки.
Вечером этого же дня Орван протянул мне заветный конверт.
— Лично от отца, — прокомментировал парень.
По одному извиняющемуся взгляду стало понятно, что его содержимое мне не понравится.
Я оказался прав. На тонком листе пергамента было написано всего пара предположений.
Вот и что теперь делать? Как добыть информацию?
— Индар, я не знаю, о чем именно ты спрашивал, так как решил не вскрывать твое письмо, как-никак ты мой друг, но сразу скажу, отцу это очень не понравилось. Он даже посоветовал мне держаться от тебя подальше, а еще просил передать, что если будешь совать нос куда не следует, то долго не проживешь. Синара тебя раздери, во что ты впутался?
Вздрогнул от произнесенного вслух имени Богини.
— Пока еще ни во что, — протянул задумчиво, поглаживая подбородок.
— Знаешь, папаша, просто так обычно не раздает советы, так что ты подумай, прежде чем что-то предпринимать.
— Угу, — буркнул в ответ, не желая продолжать разговор.
Вмешивать в свои действия Лирда я не собирался. Это только мои проблемы и мои решения. Случись с парнем что-то по моей вине и за мной не только каратели Синары бегать начнут, но и вся гильдия наемников.
Прошло два месяца с начала вступительных экзаменов.
Я старательно учился, войдя в десятку лучших учеников, но при этом не забывал внимательно следить за Ириганом Смойлом и приглядывать за леди Алтеей, ожидая возможности наконец-то покинуть стены учебного заведения, чтобы попасть в город.
За это время я три раза оказывался в Канаве, а мои отработки на кладбище, стали постоянной рутиной. Левикон перестал меня донимать своими провокациями и шутками, а они у него были отнюдь не безобидными, и теперь больше походил на добродушно ворчащего дедушку.
С Яривой контракт подошел к концу, и я смог с облегчением выдохнуть. Не то, чтобы мне не нравилось наше с ней совместное времяпровождение, просто каждый раз искать место для потрахушек с демоницей оказалось довольно проблематично, да и энергии она из меня выкачивала целую прорву.
