— Как зачем? — удивился M'хаас. — Все у нас тут знают, что Вероника негласно сотрудничает с сетью "Матушки-Крольчихи", поставляя ей ворованных и перепрошитых киборгов, а то и людей. На днях в заброшенном секторе куполов как раз должен открыться новый филиал этого заведения и, видимо, у нее там недокомплект.
От возмущения Станислав даже не нашелся что ответить и только машинально сжал в руке стакан из закаленного стекла. Тот с треском лопнул, но капитан даже не обратил внимания на боль, извинившись перед хозяином. Все его мысли были заняты Тедом и Дэном, вот олухи так олухи, дошлялись, понимаете, по злачным местам и борделям, вызволяй теперь их!
Пока доктор торопливо промывал ему рану на ладони струйным антисептиком в туалетной кабинке за углом и запшикивал жидким бинтом, Роджер уточнял у информатора детали:
— Но как туда проникнуть, не вызывая подозрений? Я слышал, что кого попало в этот сектор не пускают, и вообще старые купола предназначены под снос.
— Так оно и есть, — кивнул М'хаас, доставая новый стакан и разливая всем поровну. — Только все эти заявления в новостях — туфта полная. Полиция и куча чинов в мэрии получают хорошую мзду не только от клана Ким и будут тянуть эту резину еще долго. Очень долго.
— Все ясно, — мрачно констатировал Станислав, вернувшись и услышав последнюю фразу хозяина. — Нам позарез нужно туда попасть и я переверну там все в этом гадючьем гнезде, но я их найду. Мозгоеды своих не бросают!
— В таком случае, вам нужен пароль и кто-то из местных, кто проведет вас туда, — альфианин со смаком осушил свой бокал — для напитков им не всегда была нужна помощь симбионта. — Но я вам в этом помочь не могу — у меня легальный бизнес, я и так сильно рискую сообщая вам эту информацию. — вздохнул он.
— Тогда мы найдем его сами, — припечатал Роджер, вставая и пожимая руку хозяину. — Спасибо за помощь!
Распрощавшись, Роджер решил вернуться на корабль и порыться инкогнито в полицейской базе планеты пользуясь ключ-кодом, полученным от Фрэнка, а капитан с доктором отправились шерстить другие, менее законопослушные заведения.
Завернув по пути в кондитерскую, Роджер на одном дыхании взлетел по трапу транспортника, тронул сенсор медотсека и негромко позвал:
— Полли, ты здесь? Знаешь, я совершенно случайно… — и осекся, заметив вереницу алых капель на полу. Что опять случилось??
Побледнев, Роджер метнулся в коридор и замер в дверях полининой каюты: девушка, глотая слезы, сидела на койке и прижимала к участку кожи выше колена кусок стерильного бинта из личной аптечки на полке.
— Полина, ну с тобой-то что? — выдохнул Сакаи, сдирая опостылевшую гель-маску и утирая пот со лба. — Котька к капитану ревнует? — грустно пошутил он.
— Да нет, ерунда, — шмыгнула носом девушка. — Несла выкидывать осколки в утилизатор и случайно поранилась одним, тем что вынули из капитана, точнее из его… — Полина фыркнула и рассмеялась. — А рыться в шкафу доктора я не хотела, он этого не любит. Да и почти все они в медотсеке под замком — вот и пришлось идти за своей аптечкой. Вы что-нибудь разузнали?
— Кое-что есть, — лаконично ответил Роджер, опускаясь на колени и сам начиная очищать порез, а затем быстро пшикнул кровоостанавливающим спреем и завязал бинт на бедре девушки, коснувшись губами ее колена. — Но подробности, прости, сообщить не могу — слишком мало знаю, и я беспокоился о тебе.
Полина покраснела до корней волос: пикантная экскурсия по просторам Кр-Шерии уже успела слегка поблекнуть в памяти девушки и прикосновение потомка самураев к нежной коже резко обострило все ощущения. Зоолог осторожно коснулась его волос, уже значительно отросших и так разительно оттеняющих светлую, не тронутую загаром кожу и темно-синие глаза) и едва слышно ответила:
— Знаешь, утром когда в пультогостиной было полно народу и Котька орала, мешая всем — тогда мне не было так страшно за Дэньку и Тэда. А теперь, когда корабль опустел и даже Михалыча не слышно, я подумала: а вдруг мы их больше не увидим? Других таких пилота и навигатора капитан не найдет, да и не нужны нам другие.
— Мы их найдем, Полли, — твердо сказал Роджер, приподнимаясь и целуя тонкие пальчики. — Обещаю тебе, а еще хочу подарить тебе это, — он достал из кармана плоскую коробочку, осторожно открыл: на подложке из сьедобных сушеных водорослей покоилась медаль из местного шоколада, пикантного, с белым перцем и мятой. На поверхности был нанесен затейливый герб — семь звезд и несколько иероглифов. — Мои предки такие родовые эмблемы — моны дарили тем, кто был им особенно дорог. Вот видишь их? — Сакаи сел рядом с девушкой и указал на иероглифы. — Это фамильный герб моего рода. Означают доблесть, благородство и удачу. Я хочу защитить тебя и, — он смущенно тряхнул головой. — И помню, что ты любишь шоколад.
— Всегда любила, — так же смущенно призналась Полина, розовея теперь полностью: от ушей до кончиков пальцев. — Но мне очень нравится и кое-кто другой…
— Мне тоже, — улыбнулся Роджер, чувствуя как тяжесть этого дня немного разжала свои тиски. — Попробуешь?
Полина хихикнула и аккуратно откусила кусочек: