— Ну, теперь можно пару месяцев не беспокоиться, что забухает. Его потому и не гнали со службы, что если в начале навигации у него запой случился, то практически до её окончания он «в завязке». Ходил штурвальным на теплоходе, учился на штурмана, все эти катерки и буксиры знает, как пять своих пальцев, но скатился до того, что его на берег в ремонтники списали. Правда, и перебрать мотор у него получается так качественно, что никто другой не сделает.
В общем-то через полчаса все успокоились и снова разбрелись по каютам досыпать: до нормального времени, когда можно будет подниматься ещё дрыхнуть да дрыхнуть. А утром пришлось собирать всех мужиков и рисовать график ночного дежурства, чтобы подобные побудки (а ещё хуже того — действительно пробуждение в горящем «ноевом ковчеге») не стали неожиданными сюрпризами.
Гриша проснулся, когда ребята уже укатили на мясоконсервный комбинат. Хмурый, с трясущимися руками. Его покормили жирным горячим супчиком, сваренным на основе консервов «завтрак туриста» и, как велел Андрей, снова загнали спать. Спорить со Светланой, кажется, имеющей опыт общения с подобными «штемпелями», он не стал.
Ну, а мы втроём — я, Наташа и Васёк — потопали к ближайшим в городе домам. Искать приличные доски для того, чтобы соорудить из нашей гнущейся, как сопля, сходни нормальный трап: что ни говори, а если мужики действительно привезут с комбината не только коробки с консервами, но и пару замороженных туш, то загрузить их на борт брандвахты вряд ли удастся. Да и газовые баллоны тоже.
Честно говоря, Наталья нам там была совершенно не нужна. Но уже так безвылазно насиделась на борту, что у меня не хватило мужества отказать ей.
С собой я решил взять «четырёхзарядку» и оба запасных магазина к ней. На всякий пожарный. А чтобы не оставлять Садыка, которому выпала очередь «нести караул», пришлось доставать СКС и разбираться в его устройстве: оружие, всё-таки, редкое, по нынешним временам использующееся лишь во всевозможных почётных караулах да «вохрой». Но разобрались и как заряжать его, и как с предохранителем обращаться.
Дорожка до крайних домов улочки мне хорошо знакома. Можно сказать, «родная», пусть сейчас и в лужах после ночного дождя. А вот на дома, которые взирают окнами на совершенно пустую улицу, я толком обратил внимание в первый раз. Поскольку окраина города, заборы, в основном, добротные, замучаешься перелезать. И доски на них, если это доски, а не листы крашеной оцинковки, плотненько подогнаны. Правда, это богатство далеко не у всех. Кое-где сетка-рабица, сквозь которую хорошо видно и грядки прополотой картошки, и какие-то посадки огородной мелочи. Но меня интересует не это, а какое-нибудь строительство хозпостроек. Ну, сарая какого-нибудь или бани…
И ведь нашёл! И забор оказался не очень плотным, и, самое главное, в его щели видна хорошая такая стопка струганной доски-сороковки. Аккуратненько сложена вдоль стены скатанной, но ещё не перекрытой бани, с кубометр примерно.
То, что дом «выморочный», ясно сразу. Стоило подойти к калитке во двор, как из приоткрытой форточки напахнуло смрадом разлагающейся плоти. Железная калитка, как и ожидалось, закрыта изнутри на замок. Да и вон она, личинка английского замка выглядывает из аккуратно вырезанного под неё отверстия.
— Значит, придётся доски в огороде ломать.
Одно дело сказать, а совсем другое — сделать. Там ведь не сопливые штакетины, кое-как приколоченные, а для себя хозяин старался. Но справились. Нашёл на улице какую-то палку и, используя её как рычаг, сорвал гвозди сначала на одной, а потом на соседней с ней доске. Ну, а там и вообще лаз расширил, чтобы бока не ободрать, выбивая то, что мешается, уже из огорода.
Хозяин только начинал крыть пол, поэтому на крылечке бани нашлись ножовка, ухоженный топорик, молоток и мешочек с гвоздями-«сотками». Не считая прочей строительной мелочи, вроде складного метра, рулетки, набора стамесок, уровня, уголка, гвоздодёра и тому подобного инструмента, сложенного в плотницкий деревянный ящик с ручкой. Это хозяйство в первую очередь отправилось за забор. Пусть мне придётся лишний раз сходить, но я это богатство не брошу.
— А зачем ходить? — пожал плечами Васька. — Будут Андрей или Шамиль ехать, к ним в машину и положим. И доски можно на грузовике перевезти.
— Можно. Но за забор всё равно таскать придётся. Так что ты старайся аккуратнее шагать, чтобы картошку не потоптать: нам её всю зиму жрать придётся.
Его сестра всё это время рыскала по грядкам, оценивая, чего насадила хозяйка, и насколько оно уже подросло.
— Володя, это мне показалось или действительно что-то пищит?
Я прислушался. Нет, кажется моей красавице не почудилось. И звуки доносятся откуда-то со двора.