«Я нахожусь в составе добровольческого отряда специального назначения, состою в должности заместителя командира отряда по политической работе, в мои непосредственные обязанности входит работа с личным составом, работа со СМИ, информационная безопасность подразделения», – рассказал Алексей Шорохов.
«Сейчас наше подразделение, уже имеющее опыт успешных боевых действий в зоне СВО, находится в стадии доукомплектования, проводится теоретическая и практическая подготовка пополнения к условиям текущей войны и особенностям предстоящего ТВД, боевое слаживание.
Поэтому могу говорить только о прошлых командировках в качестве военкора и волонтёра. Ну а там самые жаркие места были под Харьковом весной 2022 года, были (и, увы, до сих пор остаются) горячими участки фронта под Горловкой: Зайцево, Новобахмутовка, Майорск, шахта им. Изотова – участки, где действует прославленная Третья Горловская гвардейская бригада (ныне 132 бригада 1 АК ЮВО ВС РФ). Плюс, конечно, же пригороды Донецка – Спартак, Весёлое… Там всегда громко», – заметил он.
«Получается собирать материал для будущих литературных трудов? Увы, – посетовал поэт, – если кто-то ищет вдохновения на войне – могу разочаровать: вдохновение одолевает (иногда даже валит с ног) чаще всего тех, кто штурмует рюмочные в Москве и Питере, а не тех, кто штурмует укрепы нацистов…
Война – если ты приехал не посмотреть, а по-настоящему: это работа. И её надо делать хорошо, с полной самоотдачей, в нашей нынешней ситуации – на пределе сил. За всё время СВО я написал всего пять-шесть стихов, не более…»
«На войне, как и везде, для меня интересен прежде всего человек, – подчеркнул Алексей Алексеевич. – Люди и всё, что с ними связано. Это мои соотечественники, мои сверстники, которые здесь живут другой, более осмысленной, хотя зачастую и более короткой жизнью, чем в тылу».
По его мнению, «СВО по своему масштабу давно превзошла все вооружённые конфликты, которые происходили после Второй мировой войны: и Корею, и Вьетнам, и Афганистан, и Ирак… Линия фронта – более тысячи километров, массированное использование бронетехники и авиации с обеих сторон, количество боеприпасов всех видов, применяемых ежедневно уже, скорее всего, приблизилось к аналогичным показателям Великой Отечественной войны. Ну и количество потерь и с нашей стороны, и у нацистов за год боевых действий несравнимо с колониальными войнами Запада последних десятилетий…»
«Среди русских добровольцев – больше половины люди сорок плюс, – отметил он. – Что, безусловно, очень хорошо, ведь в основном это обученные воины, за спиной многих не один военный конфликт. Они мотивированны и понимают, за что и с кем воюют.
Политинформацию среди них проводить не нужно от слова совсем. Все родом из СССР. Просто теперь, на опыте своей жизни, люди моего и более старшего поколения убедились, что все штампы советского агитпропа (каковыми они в юности представлялись) оказались стопроцентно точными и верными: есть Дядюшка Сэм и его западноевропейские шестёрки (так называемая “Большая семёрка”), есть новоприбившиеся к НАТО шавки из Восточной Европы и есть, наконец, бандеровские недобитки на Украине – всё точь-в-точь по советским карикатурам времён холодной войны».
«Могу поделиться и другим наблюдением, или, скорее, размышлением. Среди добровольцев очень много людей, у которых осталось смутное чувство невыполненной присяги (у тех, кто присягал защищать СССР), которые не встали на защиту своей страны в 1991–1993 гг. Были обмануты, дезориентированы.
И сегодня они отдают свой долг. Потому что никаких иллюзий уже не осталось: за улыбающимся и безоблачным ликом заморской демократии таилась оскаленная пасть нацизма и русофобии.
Вместо человеческих лиц вдруг явились свиные хари. Всё по Гоголю», – не сомневается поэт.
«Задачи добровольцы выполняют в зоне СВО самые разные – от зачистки и штурмовых операций до действий в составе ДРГ в оперативном тылу и на коммуникациях нацистов. Учитывая, что средь добровольцев много опытных воинов с уникальными военными специальностями и серьёзным боевым опытом – они по преимуществу воюют головой, а не ногами. Впрочем, сорока-пятидесятилетние мужчины (если они жили нормальной жизнью, не пьянствовали и не отращивали пивные животы) находятся во вполне хорошей физической форме. Мы отрабатывали и выходы в горы в полной боевой нагрузке, и другие элементы физподготовки – задохнувшихся и плачущих я не видел», – сказал Алексей Шорохов.
Отвечая на вопрос, с кем сейчас приходится больше воевать – с украинскими добровольцами или наемниками-нацистами, доброволец заметил: «По тому, что мне известно от непосредственных участников боестолкновений – на разных участках фронта по данным радиоперехватов от 30 до 40 % иностранной речи. Английская, польская, румынская речь, из экзотики – арабская и латиноамериканская…»
