- Ох ё-ё-ё-ё! - простонал артефактор и уронил голову на подушку. То, чего он так сильно опасался и избегал всеми возможными способами, все же произошло. И что было еще хуже – он не помнил о произошедшем ровным счетом ничего! Но вот то, что он до конца дней своих не забудет скандал, что закатит ему Миражанна, Виктор почему-то не сомневался. Ведь на ТАКОЕ зеленый свет ему точно не давали.
Пришедшая в голову мысль заставила отравленное алкоголем тело начать действовать. Все же старая добрая истина – «Не пойман, не вор.», еще оставляла хоть какой-то шанс отделаться легким испугом. Потому, сперва, оно поднялось с кровати, затем нашло в себе силы собрать с пола, снять со шкафа и достать из-под кровати элементы своей одежды и под конец одеть все найденное на себя.
- Прости меня, Кана, - склонившись над сопящей девушкой, поцеловал ее в носик Виктор отчего та потешно поморщилась, - но я еще не готов к подобному развитию событий. Уж слишком жить хочется. - Заботливо прикрыв обнаженное и весьма соблазнительное девичье тело одеялом, он приоткрыл окно и убедившись, что высота небольшая, покинул помещение.
- Ну как? - стоило под окном раздаться звуку падения тела и тихому ругательству, приоткрыла один глаз Кана и посмотрела в сторону шкафа.
- Идеально! - раздалось изнутри. - С такими доказательствами, он точно не отвертится! Ох и попрыгает же этот мерзавец у нас! Ох и попрыгает!
А пока над головой ничего не подозревающего артефактора сгущались тучи, сам Виктор, переползая по стенкам от одного дома к другому, направлялся из города к своей мастерской, где можно было долежать на кровати требуемое телу для восстановления время.
- Что за шум, а драки нет? - поинтересовался Виктор, подсев к столику, где вовсю размахивал руками не на шутку разошедшийся Нацу. Со дня грандиозной пьянки прошло три дня, и за это время ничего особо страшного не произошло. Лишь время от времени кидаемые на него Каной нечитаемые взгляды заставляли Виктора неслабо напрягаться, но дальше взглядов дело не шло и потому надежда на то, что все останется неизвестным обществу, все больше теплилась в его душе.
- Люси решила уйти из гильдии! - ошарашил артефактора неожиданной новостью убийца драконов. - Гляди! - протянул он наставнику коротенькую записку всего лишь с двумя словами – «Уехала домой».
- Кстати, да! - ознакомившись с запиской, хлопнул себя по лбу Виктор, сетуя на собственную забывчивость. - Я же обещал убить ее отца. А свои обещания надо выполнять! - расплылся в улыбке маньяка-рецедивиста артефактор. - Спасибо, что напомнил! - хлопнул он по плечу потерявшего дар речи Нацу и насвистывая что-то веселое, направился на выход из подвала гильдии.
Сбросившие оцепенение и выбежавшие следом за ним маги смогли увидеть лишь оседающую пыль, да исчезающего в небесной выси оседлавшего любимое крыло Виктора.
- Он ведь это не серьезно? - сглотнув, поинтересовался у Грея убийца драконов, но встретившись с серьезным взглядом друга-соперника, побледнел лицом. - Ми-и-ра! - по причине отсутсвия все еще поправляющейся Эльзы, истерично закричал Нацу и метнулся обратно в подвал к той единственной, кто мог бы попытаться остановить Виктора.
- Дом. Милый дом, - грустно, но одновременно тепло улыбнулась Люси, рассматривая особняк, в котором она родилась и выросла. После смерти матери ее жизнь начала превращаться в одну большую и продолжительную подготовку к свадьбе с тем, кого подберет ей отец, что и побудило ее год назад сбежать отсюда. Вот только недавние события наглядно показали, что она не тот человек, которому было бы позволено спокойно распоряжаться своей судьбой и потому пришло время сделать тот единственный трудный, но верный, с ее точки зрения, шаг в будущее.
- Госпожа Люси! - всплеснул руками первым заметивший девушку садовник и выронив грабли, кинулся на встречу к той, кого многие годы помогал растить. Вскоре к нему присоединились и все прочие обитатели дома, не чаявшие душу в хозяйской дочке.
- Здравствуй, отец, - войдя в рабочий кабинет главы семьи Хартфелий, склонила голову блудная дочь. Увидь ее сейчас гильдейские друзья, они рухнули бы на месте. От тех относительно простых и нескромных нарядов, что девушка носила в повседневной жизни, не осталось и следа. Сейчас место волшебницы Люси заняла наследница состояния Хартфелиев и одетый на девушку наряд, которому могла позавидовать любая принцесса, буквально кричал об этом каждым квадратным миллиметром своей поверхности.
- Здравствуй, дочь, - сухо и степенно произнес Джуд Хартфелий. - Я рад, что ты приняла верное решение и все же вернулась домой. Ведь если бы ты не сделала этого, мне пришлось бы приложить все силы для уничтожения той гильдии, в которую ты вступила по собственной глупости.
- Не говори так, отец! - тут же вскинулась заклинательница духов, но было уже слишком поздно.
- Поздно, Люси, - казалось бы негромко, но так, что разошелся по всему немалому кабинету, раздался до боли знакомый голос артефактора. - Он сам подписал себе смертный приговор.
