"Ещё сегодня утром я даже не подозревал о её существовании, а вечером, я только о ней и думаю. Вот блин, кажется, меня крепко зацепила эта девчонка".
Ему, вдруг, вспомнились слова из любимой им песни:
"Ведь, ты моряк, Мишка,
А - это значит..."
Пропел он мысленно и добавил вслух: - А - это значит, что эта девчонка, будет моей, и ни какой соседский пацан, здесь мне не соперник.
На следующий день он с матерью ходил по магазинам, закупали всё не обходимое для того, чтобы отметить его возвращение со службы и окончание школы его сестрой. Мать попросила его не снимать форму, - пусть люди видят, какого сына она вырастила. Он, улыбаясь, ответил: - Ну конечно, мама, тем более, что вся "гражданка" на меня сейчас не налезет.- По пути они заходили к родственникам и знакомым, приглашали "на субботу" к себе в гости.
На следующий день, в пятницу, он съездил в город, в военкомат, встал на воинский учёт, походил по магазинам, присматриваясь, что из одежды ему необходимо будет купить. Решил, что будет лучше, если он приедет вместе с сестрой, - пусть она поможет ему что-то выбрать. Вернувшись домой, он, после обеда, не много отдохнул и на вопрос матери: - Далёко ли собрался, сынок? - он, улыбнувшись, ответил:
- Я ещё не пригласил своего самого дорогого гостя, я скоро, мама,- и вышел из дома.
На пикете, в пятницу после обеда, сплавщики начали собираться домой. Сегодня они решили выехать не много пораньше, чтобы прибыть в посёлок до закрытия склада ГСМ. На борт катера загрузили несколько пустых, двухсот литровых бочек, под соляру для бульдозера и одну бочку под бензин, для лодочных моторов. Склад находился на окраине посёлка, в 5-ти километрах, ниже временной стоянки. Лёнька сел за штурвал, отец сел рядом, он уже мог смело доверять сыну, управлять катером. Когда груз был закреплён верёвками и сплавщики разместились по бортам, и на палубе, Лёнька дал задний ход. Развернув катер вниз по течению, он сам себе скомандовал:
- Полный вперёд! - и катер помчался в посёлок. Фарватер Лёнька знал хорошо, уроки отца не пропали даром, катер вёл уверенно, обходя плывущие крупные брёвна и легко перелетая, через мелкие. Пройдя около трети пути, мужики, сидевшие на палубе, вдруг закричали, показывая руками прямо по курсу: - Медведь, медведь!- Петрович, скорее тащи сюда ружьё.- Отец, крикнув Лёньке: - Малый газ! - быстро достал из рундука свою вертикалку, загнал в патронники два патрона с картечью, и выскочил на палубу. Медведь, не обращая ни какого внимания на приближающийся звук катера, что-то рвал зубами на берегу. Чтобы его заранее не спугнуть, отец знаком руки показал - "глуши мотор", и как только Лёнька его заглушил, медведь встал на задние лапы, во весь свой огромный рост, и не дожидаясь, когда в него прилетит выпущенная дуплетом картечь он, с лёгкостью олимпийского чемпиона, преодолел 2-х метровый обрыв берега и, как и положено "хозяину", спокойно ушёл в тайгу. Сплавщики, матерясь и в то же время восхищаясь увиденным, решили подойти к берегу, и посмотреть, что там привлекло его внимание. Когда катер воткнулся носом в песок, они спрыгнули с него и, подойдя к тому месту, где минуту назад сидел медведь, увидели лежащий в невысокой траве, почти полностью обглоданный скелет марала. Они предположили, что "пропал" он ещё зимой, не смог выбраться из глубокого снега, скопившегося под берегом, а может раненый уходил от браконьеров.
Решили, что это бык, скелет был крупный и без головы, видимо голову забрали из-за рогов, уже когда сошёл снег, чтобы потом повесить на стену.
- Эх, жалко, карабина не было с собой, - сокрушался Петрович, - я бы его тогда достал, - хотя прекрасно знал, что они его никогда с собой в катер не берут, поскольку он у них был не зарегистрированный.
А карабин у них был знатный, - боевой, кавалерийский, 1942-го года выпуска, пристрелянный и отлично работающий на дистанции от "скрадка" до солонца, куда обычно с ним и ходили. В сотне метров от их дома стоял огромный кедр, в нём было большое, выгоревшее после удара молнии дупло, в нём они и хранили свою реликвию. Патроны к нему, в обмен на мясо, помогал "доставать" егерь, через своих начальников, поскольку патроны для него были в большом дефиците. Мужики, не особо огорчённые, вернулись на катер: - "видали, как красиво он от нас ушёл. Ладно, пусть живёт, всё равно он ещё тощий, после зимы, похоже, он только недавно "просрался", после спячки...". Отец, не разряжая ружьё, - "на всякий случай", убрал его на место, в рундук, и они помчались дальше.
Проходя мимо своей стоянки, они заметили на берегу, одинокую фигуру Кольки Варнака, поприветствовали его сиреной и криками, и скрылись за поворотом реки.
