Я хотел было вновь забраться на стену, чтобы оглядеться, но ее поверхность не была больше горизонтальной. Теперь она была покрыта выступами, о первоначальной форме которых трудно было догадаться, так они были выветрены и разъедены.
На этой стороне стены следов наводнения не было видно. Лишь в некоторых местах, где волны переливались через стену, несколько громадных верхних блоков были сдвинуты с места.
Здесь совсем не было деревьев. Мы шли по открытому месту, где произрастали лишь невысокие кусты. В тех местах, где вода переливалась через стену, на земле виднелось подобие мостовой. Она была такой же оплавленной, как и поверхность стены.
Может, я и шел по дороге и огражденному пространству, но другой стены я не видел. Тучи еще больше сгустились и потемнели, я даже почувствовал первые капли дождя. Стена не могла нас защитить, и другого укрытия я не видел в этой поросшей редкой растительностью местности. Я побежал. Я ужасно устал, и каждый шаг давался мне с большим трудом. Мешок и Иити давили мне на плечи.
Вдруг стена, вдоль которой я бежал, сделала крутой поворот влево, и я увидел огороженное с трех сторон место. Здесь не было крыши, но, тем не менее, это место показалось мне лучшим укрытием из тех, которые я видел. Мы могли бы сделать навес сами. Кроме того, мне совсем не хотелось бродить в темноте. Итак, я бросился туда и забился в угол, показавшийся самым удобным для отражения нападения. Мы прижались друг к другу. Я накрыл голову и плечи имевшейся у нас тканью, а Иити примостился у меня на коленях. Ночь и буря опустились на нас.
Однако мы находились не в полной темноте. Я заметил, что мешок, в котором лежал камень, слегка светится, а когда приоткрыл его, то увидел тоненький лучик света. Как и в прошлый раз, камень отвечал на энергию. Были ли эти руины его целью? А если так, то спасательная шлюпка привела нас на планету, откуда давным-давно стартовал корабль. Это предположение казалось не таким уж фантастическим. Шлюпка вполне могла быть оснащена устройством, которое направляло ее назад к месту старта. И вполне возможно, что корабль потерпел катастрофу вскоре после старта. А что если мы, сами того не ведая, вернули кольцо туда, где оно было изготовлено? Но возраст камней за моей спиной свидетельствовал о том, что те, кто жил здесь, уже давно канули в вечность. Я наткнулся здесь на следы одной из цивилизаций предтеч, о которых мы ничего не знаем, а закатане только догадываются.
Вряд ли я предполагал, что когда-либо проведу ночь посреди незнакомых развалин неизвестного возраста. Поиски драгоценностей приводили меня в разные странные места. Но тогда я был с Вондаром и полагался на его знания и опыт. А еще раньше у меня был отец, защищавший и дающий знания, помогавшие выжить.
Я сидел, съежившись, под тонким навесом, по которому барабанил дождь, и лишь частично осознавал ночь, чужие стены и необходимость быть бдительным. Часть меня возвращалась в то далекое время, когда мой отец впервые показал мне кольцо с камнем предтеч, как он однажды назвал его, который бросил вызов его знаниям и любопытству.
Кольцо нашли на теле, плавающем в космосе. Был ли это один из членов экипажа погибшего корабля? Мой отец погиб от рук того, кто перерыл его кабинет в поисках предвечного камня.
Затем Вондар Астл и я попали в ловушку на постоялом дворе Танфа. Я считаю, что это произошло вовсе не из-за случайного выбора стрелки. Это было спланировано. Наверняка они рассчитывали на то, что мы окажем сопротивление и будем убиты, что и произошло с Вондаром. Они не могли предвидеть того, что мне удастся бежать и укрыться в святилище.
Впервые за все время мысль о сделке с Острендом возмутила меня. А торговец во мне пожалел о камнях, которыми я расплатился за проезд, заказанный вовсе не мной. Итак, меня должны были доставить на Путеводную и выдать там тем, кто заплатил за мое спасение. Но почему? Потому что я был сыном своего отца или считался таковым и мог догадываться или знать об этой самой вещи, что мерцает сейчас на моей груди?
И вновь я сбежал благодаря случайности, подхватив какую-то инфекцию на Танфе или в том безымянном мире, где люди исчезают так таинственно. Эта болезнь… Странно, но она поразила меня очень вовремя!
— Именно так, — согласился Иити в своей обычной манере, — именно так. Ты заболел один из всей команды. Но почему это заинтересовало тебя только сейчас?
— Почему? Я знаю, что Валькирия выбрала для родов мою кабину, но это могло быть случайностью…
— Ты действительно так думаешь?
— Но не мог же ты…
А что если мог? Его тело выглядело совершенно беспомощным, когда я увидел его в первый раз возле Валькирии. Но это совершенно не значило, что его ум…
— Ты проявляешь способность мыслить, — заметил Иити одобрительно. — Нас уже тогда притягивало друг к другу. Члены команды представляли собой замкнутый клан. А мне был необходим кто-то обособленный, кто обеспечил бы бегство и защиту от ‘опасности, ведь я в то время был слишком слаб. Позднее я бы справился и сам. Но мне нужен был товарищ…
— Так это ты сделал так, чтобы я заболел!
