— Он боится смерти на расстоянии. Он видел такое или слышал об этом.
Смерть на расстоянии? Наверное, он боялся стрел или брошенного камня, или луча лазера, или любого другого оружия, имеющегося в распоряжении «цивилизации».
— Именно так, — Иити прочитал мои мысли. — Но… — я уловил нотки неуверенности. — Я не могу прочитать больше, только то, что он боится. Еще я чувствую, как он осторожно нюхает наш след.
Мы спрятались в куче сухих веток между двух поваленных деревьев, чтобы поесть немного семян из наших запасов и попить жидкости из фляги. Даже если эти семена и были питательными, они не могли заглушить моего желания съесть чего-то другого. С тех пор как мы пришли на затопленную территорию, я больше не видел таких семян, поэтому старался распределять запасы экономно. Покончив с причитающейся мне пригоршней семян, я оглянулся в поисках преследователя.
Наконец я его увидел. Он опустился на одно колено, а его голова практически касалась земли, в то время как похожий на хобот нос дрожал и извивался над моими следами. Это был не рыболов, которого мы видели, а кто-то очень похожий на него, его же вида.
После долгого обнюхивания следов он присел на корточки и поднял голову. Когда он начал ее поворачивать, его нос-хобот поднялся вверх. Я был уверен, что он направит его прямо на нас, и в отчаянии приготовил нож.
Однако он не перестал вращать носом. Возможно, он не заметил нас. А если и заметил, то у него хватило ума не проявлять своей осведомленности. Я напряженно ждал, что он поднимется и начнет действовать или исчезнет за кустами, чтобы напасть на нас из засады.
— Он не знает… Он все еще ищет… — сказал Иити.
— Но если он унюхал наши следы, то как мог потерять нас?
— Не знаю. Я знаю только, что он ищет. А еще он боится. Ему не нравится…
— Что? — потребовал я, как только Иити сделал паузу.
— Слишком сложно. Я не могу прочитать. Он чувствует больше, чем думает. Можно прочитать мысли и ярко выраженные эмоции. Но это существо ново для меня. Все, что я могу, это получить поверхностные впечатления.
В любом случае, несмотря на то, что мой след не заканчивался в том месте, где стоял на корточках нюхач, он не делал не малейшей попытки сдвинуться. Я не знал, сможем ли мы покинуть наше убежище, не привлекая внимания.
Два дерева, не таких огромных, как остальные, упали так, что их кроны переплелись, а стволы образовывали прямой угол. Мы прятались среди покрытых листьями веток, а вот преграда из сухих веток между нами и аборигеном была не слишком плотной.
Я увидел, что хотя на ветках и не было листьев, они густо переплелись между собой. Камень тянул меня по направлению к ним, словно хотел протащить через эту преграду. Я опустился на колени и начал разбирать преграду. Иити работал передними лапками. Он оттаскивал мелкие веточки. Я пытался с помощью ножа подкопать землю под ветками. Мы продвигались очень медленно, постоянно останавливаясь и оглядываясь на отделяющее нас от аборигена расстояние. Несмотря на все усилия, мы работали отнюдь не бесшумно. Но, к моему удивлению, абориген не двигался.
Вдруг я с ужасом подумал, что он ждет подкрепления. И начнет действовать, когда прибудут его товарищи.
— Ты прав, — Иити был беспристрастен, — за ним идет еще один или двое.
— Почему ты не сказал мне раньше?
— Сказал бы при необходимости. Лишние волнения ни к чему. Мы должны сохранять спокойствие. Кроме того, они еще далеко. Жаль, но день подходит к концу. А для них темнота не помеха.
Я не стал облекать мои мысли в слова: Иити все равно прочитал их.
— А есть ли кто-нибудь впереди нас? — спросил я, стараясь сдержать гнев.
— Насколько я могу почувствовать, никого. Они не любят ходить в том направлении. Этот ждет остальных, но не потому что боится нас, а потому что боится идти туда, куда идем мы. Ожидание только прибавляет ему страха.
— Тогда пошли вперед, — я больше не осторожничал, а рубил ветки, расчищая путь сквозь упругую стену быстрыми ударами.
— Хорошо сказано, — согласился Иити, — однако никогда не следует забывать об еще большей опасности.
Я промолчал, в надежде, что Иити прочитает мои эмоции и они приструнят его. За этим завалом оказалось еще больше поваленных деревьев и луж, окаймленных валежником. Зато стволы могли послужить нам дорогой. Абориген вооружен лишь дубинкой, совершенно бесполезной на расстоянии. Он знал, что мы сбежали, и потому нужно было двигаться как можно быстрей.
С Иити на плечах, крепко вцепившимся в завязки моего мешка, я вспрыгнул на ближайшее дерево и побежал, перепрыгивая с одного на другое. Я бежал не по прямой линии, а туда, куда указывал мне камень. Я мог только надеяться, что он приведет нас к какому-нибудь сооружению или кораблю, или даже к поселению, где живут те, кому он принадлежит, подобно тому как привел нас в космосе к покинутому кораблю. Однако огромный возраст корабля наводил на мысль, что в поселении может не оказаться ни одной живой души.
