— О! — казалось, Эдуард Степанович даже обрадовался, что его спросили. — Спасибо напомнил. Я все собирался тебе сообщить, да как-то из головы вылетало.
Алексей через силу рыкнул сквозь зубы. Сам же осознал, насколько жалко выглядит и замолчал.
Эдуард Степанович с кем-то связался. На экране в углу открылся еще один экран. На нем неизвестный человек. Фон за спиной смутный. Ничего не различить.
— Здравствуйте, Эдуард Степанович, — сказал он.
— Каково состояние объекта С?
— Удовлетворительно.
— Хорошо. Сообщите, если будут изменения.
Директор нажал следующую кнопку. Вид на экране поменялся. Здесь, по крайней мере, было понятно, что действие происходит на улице. Секунду на экране никого не было. Потом с боку вышел лаборант знакомый Алексею по «Творцу».
— Каково состояние объекта Т?
— Час назад умер. Не выдержал интенсивного облучения. Но результат эксперимента удачный. Раковые клетки скончались за минуту до смерти объекта, а значит, мы нащупали правильную дорожку.
— Жалко, — покачал головой директор. — А я так хотел, устроить объекту свидание с мужем. Но вы молодцы.
Он выключил экран. Посмотрел на Алексея.
— Извини, чуть опоздали.
Алексей спокойно лежал на кресле. Секунда и картина поменялась. Он выгнулся и изо всех оставшихся сил дернулся, стараясь если не вырвать крепления, то выдернуть руки из их хватки. Перед лицом стояло ненавистное лицо и это заставляло его снова и снова рваться, напрягая ноющие мускулы. Сдирая кожу и растягивая суставы.
Директор спокойно наблюдал за его потугами.
— Не сходите с ума, молодой человек, — сказал он, когда Алексей обессилено расплылся в кресле, не имея сил даже на то, чтобы втянуть в рот свесившийся язык. — Вы все равно ничего не можете изменить. Упокойтесь и хоть последние дни проведите с достоинством. И нам польза и вам хорошо.
— Звери… — прошептал Алексей. — Звери.
— Корпорация «Брат Зверь», — с достоинством проговорил директор.
— Но зачем?… как вы… могли?…
— Молодой человек, хороший материал на дороге не валяется. А экспериментировать на грязных, пропитых, сгнивших изнутри бомжах не всегда сподручно. И не все эксперименты проведешь на таких отбросах. Вы же тоже когда обед готовите, берете свеженькое, чистенькое.
— Сволочь.
— Ничего… вы говорите. Вам мало осталось говорить.
— Скотина.
— Ну, если честно, скотина скорее вы, молодой человек. Скотина, приведенная на съедение зверю.
— Найдутся охотники… снимут с… зверя шкуру.
Слова отобрали у него последние силы, и Алексей откинул голову на кресло. Тяжело задышал. Он собирал силы для еще одного вопроса волнующего его. Директор молча сидел, ждал. Несколько раз в углу появлялся экран. Эдуарда Степановича вызывали, но он отключал все, даже не интересуясь.
— Оля, что с ней? — наконец спросил Алексей.
— Девочка? Она жива…
— Хорошо.
— Ну, если вы так считаете.
— Что с ней?
— Наша корпорация проводила эксперимент по телепортации живого, разумного организма. С предметами все нормально. С животными тоже, а как беремся за разумных… Что-то там мозг излучает, и сбивает точную наводку аппаратуры.
— Оля. Что с ней?
— Вы смотрели фильм «Муха»? Помните, что там было с обезьянами после их телепортации?
В глазах Алексея потемнело. Он откинул голову назад и заорал. Потом завыл. Вокруг него собрались ученые. Игорь недовольно поморщился. Сходил в умывальню, взял там полотенце. Скрутив его в жгут, он накинул его на рот Алексею и завязал узлом на затылке.
— Укол, — приказал он лаборанту. Директор кивнул, подтверждая приказ, и экран погас. Алексей начал дергаться из стороны в сторону. Биться головой о грядушку кресла. Хрипеть сквозь полотенце. Начал грызть кляп.
Игорь взял инъектор из рук подбежавшего к нему лаборанта.
— Придержите его, — сказал он.
Двое лаборантов прижали Алексея к креслу. Игорь сделал ему укол сквозь рубашку и отошел на шаг назад. Лаборанты тоже отошли. Они замерли полукругом вокруг мечущегося в кресле человека. Алексей дергался, изгибался дугой, хрипел. Постепенно его движения начали замедляться. Он еще вяло подергался и окончательно замер. Голова запрокинулась. Из полуоткрытого рта потянулась ниткой слюна.
Сквозь все заволакивающую тьму пробилась робкая дрожь, идущая откуда-то снизу. Потом тело несколько раз сильно дернуло. Кто-то ругнулся, и снова пошла легкая дрожь. Ощущение, словно лежишь на огромном мобильнике при принятии вызова. Или тебя везут на каталке, а дорога вся в мелких камешках и выбоинах. Алексей открыл глаза. Взгляд налетел на светлые квадратики потолка-амстронг. Они выдвигались спереди и уплывали назад.
— Он пришел в себя, — сказал кто-то. Голос был гулкий, как на пленке с замедленным вращением.
— Ничего, пусть смотрит. Укол еще долго будет действовать.
Голоса пропали.
— «Где я? — подумал Алексей. — В замке Орона? В коридорах инсектов? Внутри живоглота? Куда меня занесло теперь. На сказочный мир это точно не похоже».
— Джон! — позвал он. — Джон.
В ответ гулкая тишина. Только дрожь пронизывает все тело. Снова резкие толчки.
— Рейсон, вы знаете Рейсона? Я был в его команде.
