Того, что рассказал нам Саломон, достаточно, чтобы понять — некие силы действуют в городе. Они держатся в тени и намерения их неясны. Кто знает, к кому попадет власть, если с Болдуином случится беда. Хвала Богу, он сейчас силен, но кто возьмется предсказать будущее.
Жискар выслан из города своевременно и, главное, неожиданно для себя. Следовало воспользоваться этим. И я предложил Раймунду тщательно обыскать известный нам дом.
— Я думаю, Жискар знает намного больше, чем говорит. Он не случайно хотел показать тебе дом. Как думаешь, он знает о твоем прошлом?
Раймунд пожал плечами. — Я не показал вида.
Мы обошли двор, и нашли, что искали. Раймунд помнил место. Сейчас над хранилищем была коновязь, остатки сена скрывали плиту и припрятанный под ней вход. Склад был пуст, если не считать забытого мешка с тканями. Но было нечто иное, чему Раймунд не придал значения — груда конторских книг с записями о торговых сделках.
Дома я зарылся в эти книги, начав с записей пятнадцатилетней давности. Те, кто убил купца, не теряли времени. Отметки были сделаны разными людьми, дела шли успешно: с южными городами Франции, в частности, с Марселем, и Сицилией. Навстречу шли товары от нас, похоже, новые хозяева прибрали к рукам все, что только возможно. Ткани, оружие, ковры, драгоценные камни, пшеница, пряности, лес, черепица, изделия из металла, украшения — это далеко не полный перечень. Но три года назад оборот стал падать, будто хозяева потеряли интерес и решили прикрыть дело. Зато возрос интерес к скупке драгоценных камней, золоту, операциям по обмену денег и выпуску гарантийных обязательств, которые к ним приравнивались. Сделки были занесены в книгу рукой Саломона. Его подпись стояла под записями, вместе с печатью изображение дома с ребристым куполом, схожим с воинским шлемом. Компания превратилась в ссудный банк. Это занятие, считается у нас предосудительным, зато пользуется успехом по другую сторону моря.
Теперь, вместо того, чтобы спать, я заправлял светильник маслом и портил глаза. Фреина молчит, но относится к моим занятиям явно неодобрительно. Я сделал заметки, и думаю вернуть книги назад, хоть едва ли найдется желающий изучить их еще раз. Разве что Жискар? Или любопытные, которые, может быть, отыщут эти книги спустя годы. Им я шлю свой привет.
День ото дня по поручению нашего короля Болдуина я веду запись наиболее замечательных событий. Теперь в 1017 году от Рождества Иисуса мы получили долгожданную передышку и избавлены от невзгод. Свершился удачный обмен между нами и поклонниками нечестивого Мохамеда, вернулся в отечество доблестный воин Жоффруа. Это славная подмога, особенно сейчас, когда многие разошлись по землям и служат общему делу не столь ревностно. Каждый занят своим и не думает, что выстоять здесь мы можем только все вместе, как взяли этот город.
Еще одно важное начинание успешно близится к завершению — составление законов Святого города и всего королевства. Эти законы — Иерусалимские Ассизы действуют уже теперь, и король Готфрид, положивший им начало, может быть доволен, взирая на нас с небес. Б отличие от Моххамедовых сур и иудейского Завета, наши Ассизы составлены не богами, а людьми и помогают вершить Божеские заповеди здесь на земле. Сейчас в город прибыло огромное византийское посольство. В том числе — константинопольский епископ. Он намерен заложить здесь еще одну церковь, будто недостаточно уже имеющихся. Греки постоянно рвутся поучать нас, следуя собственной выгоде. Они сильны не военной доблестью, а хитростью. Потому наши относятся к грекам настороженно. Те не оказывают помощи, но сеют раскол и смущают умы. Многие возмущаются, греки не заслужили даже того, что уже имеют. Горбатый Жискар, ведающий городской стражей и известный своим хитроумием, предложил провести богословский диспут с византийцами. Он должен вызвать всеобщий интерес и способствовать утверждению нашего авторитета, как христианнейшего города здесь, на востоке. Предложение Жискара поддержал городской советник Артенак. Эти двое не часто соглашаются друг с другом. Византийцы охотно приняли вызов, впрочем, они навязывают диспут сами. Нунций прибыл из Рима с благословением Папы, согласие сторон получено.
