Пчелкин помог Женьке стянуть куртку, передал ее тете Белого и, наскоро зачесав пятерней волосы назад, двинулся следом за подругой в зал. Там уже сидели Космос и Фил.
- Ребята! Садитесь скорее, – к ним подлетела Татьяна Николаевна, чмокнула Женьку в прохладную щеку. – Сейчас чай принесу.
- Я помогу, – Женька последовала за Беловой. По кухне распространялся аромат свежей выпечки от двух только-только испечённых тарелок с блинами, которые стояли на подсобном столе, и в животе у Филатовой заурчало так громко, что она невольно приложила к нему руку.
- Проголодалась? – засмеялась тетя Таня. – Давай бери-ка вот эти две чашки и пошли.
Затем все дружно уселись за стол. Космос и Катя по очереди травили анекдоты и хохотали, причем настолько заразительно, что остальные не могли сдержать ответной реакции. Даже немного грустная Татьяна Николаевна весело улыбалась.
- Тань, ну ты чего вдруг скисла? – Катя обхватила рукой сестру за плечо и легонько встряхнула.
- Да вот думаю, как там Санька, – вздохнула та. – Отощал совсем, небось.
- Все нормально с нашим Санькой, – Женьке казалось, что тетя Катя никогда не бывает в негативном расположении духа. Всегда улыбается, шутит, несмотря на то, что работа у нее не из легких, постоянные дежурства и бессонные ночи. – Они там и ни к такому привыкают. Вон у меня Лешка, сосед, недавно вернулся. Был доходяга доходягой, а сейчас едва в дверь влезает, – засмеялась. – Ничего, Танюха, еще годик, и вернется. Ой, как отгуляем, правда, ребята?
Пацаны с набитыми ртами синхронно кивнули. Космос с удовольствием почмокивал, нахваливая старания Татьяны Николаевны.
- Космос, бери сгущенку вот еще, – тетя Таня протянула ему пиалку со сгущенным молоком. – Ребята, ешьте бодрее, Женька, бери еще, – затем опять немного поникла. – Ох, и Леночка давно к нам не заходила, я ей звонила недавно, приглашала…
Ребята дружно замолчали. И правда, уже больше двух месяцев о Елисеевой ничего не было слышно. В институт она не поступила, сама еще делилась в конце сентября с Космосом и Женькой. Чтобы не терять год устроилась приемщицей в прачечную. На Новый год она выходила к ребятам ненадолго, жаловалась, что пьяный отец опять разбуянился, довел мать, поэтому Ленка из дома и убежала к ребятам.
- Все наперекосяк, – плакалась она на плече у Женьки, – был бы рядом Санька… Он мне пишет часто, спрашивает, как дела. А что я ему скажу? Что провалилась, а теперь целыми днями чужое барахло таскаю?
Но потом Ленка и вовсе почти перестала выходила на связь. Ребята списывали это на проблемы в семье, поскольку после последней новогодней ссоры родителей, мать тяжело заболела, и Елисеевой приходилось пахать на работе.
- Может, с работы не отпросилась, мало ли, – попытался оправдать девушку друга Фил. – Вы не переживайте, теть Тань, мы узнаем.
Июнь 1988
Выпускной вечер – неотъемлемая часть каждого человека. Это был единственный школьный праздник, который ребята не готовили сами – его делали для них взрослые: учителя, родители. Проходил выпускной вечер исключительно в своей школе, дня через три после последнего экзамена.
Каждый экзамен приближал Женьку к заветному аттестату и выпускному. После восьми школьных экзаменов три-четыре для поступления в институт не казались большой нагрузкой. Последней была физика, и десятиклассники все были в невероятно приподнятом настроении. Скоро выпускной, а потому мало кому понятная физика воспринималась уже как экзамен по пению.
В день выпускных вечеров все парикмахерские, кажется, работали для школьниц-десятиклассниц. Даже если кто-то проходил все десять лет с косичками, на выпускной пора идти взрослой – с соответствующей прической.
Женькин выпуск отмел ленты с надписью “Выпускник-88”, ребята воспринимали их как свадебные, которые надевают свидетели – они казались безвкусными, дешевым китчем.
О том, в каком платье идти на выпускной, все девчонки начинали думать уже за год до этого волнующего события, чего нельзя сказать о мальчишках – о том, что они наденут, беспокоились мамы.
Все парни выпуска 1983 года, когда выпускался старший брат Пашки Плахова, на выпускном были одеты в классические костюмы – пары или тройки. Но сейчас вовсю шла перестройка, все хотели быть свободными и независимыми, а потому на выпускной вечер некоторые ребята отправлялись уже не в традиционных костюмах, а в оригинально скроенных и пошитых у портных брюках и модных рубашках. Те же, кого мама одела в «классику», после вручения аттестатов торопливо снимали пиджаки и закатывали рукава рубашек. Но тут выяснилось, что срочно нужны пиджаки, чтобы пронести спиртное, которое в горбачевское время было строго под запретом.
К концу 80-х стильными хотели быть не только парни, но и девушки. Внести нечто дерзкое, не похожее на закостенелые “бальные” платья прошлого было сложно, причем этому сопротивлялись не только мамы, но и портные в ателье или шившие на дому. Цветастые розы и прочие “украшения” уничтожались Женькиными одноклассницами нещадно.
