- Нет, иногда я еще сплю. Снимай, – Женька приняла из его рук джинсы, наблюдая, как Пчёла заматывается по пояс в полотенце. – Сейчас что-нибудь Валеркино принесу.
Она заглянула в комнату брата, распахнула дверцы шкафа и быстрым взглядом изучила содержимое. Выбор пал на тренировочные штаны и футболку. Сойдет. И тут же услышала громкое чихание со стороны кухни.
“Бацилла, блин”, – закатила глаза Женька и вернулась с вещами к Пчёлкину.
- А я говорила, – погрозила ему пальцем девушка и распахнула холодильник в поисках бутылки. – Сейчас я тебя разотру.
- Неправильно используешь, Филатова, – ухмыльнулся Пчёла, завидев в ее руках “Столичную”, – вовнутрь лучше.
- Закройся, алкаш, – парировала Женька, окропив ладонь водкой, и стала нещадно растирать спину друга.
- Ай! Холодно же! Заморозишь человека…
- Терпи, Пчёлкин. Чего, как маленький?
Покончив со спиной, Женька встала лицом к лицу с Витей и, снова намочив ладошку, дотронулась до его груди. И тут же почувствовала, как мышцы под рукой напряглись. Казалось, у Пчёлы перехватило дыхание, поскольку Женька заметила, что он даже боялся вздохнуть. Растирала она теперь его грудь не так интенсивно, как спину, поглаживающими, аккуратными движениями. И поймала себя на мысли, что слишком увлеклась.
- Всё. Может, выживешь… – Филатова отстранилась, начала закручивать крышку на бутылке, но Витя вдруг выхватил ее из женькиных рук, быстро поставил на стол и, обхватив запястье девушки, притянул Женьку к себе.
- А если нет?..
Пчёла сам не понимал, что он делает, просто прижал ее голову ближе к своей груди и аккуратно поцеловал Филатову в макушку.
- Похороним со всеми почестями, – замерла Женька.
Витя аккуратно обхватил пальцами ее за подбородок, призывая посмотреть на себя. Женька подняла на него свое лицо и встретилась взглядом с голубыми глазами. Их лица были почти в паре сантиметров друг от друга, и Женька почувствовала, что ее плечи словно обдало дрожью.
- Я тебя выгоню, – пробормотала она.
- Нет, – улыбнулся он, минуя последние миллиметры между их лицами.
“Что ты делаешь, дурак? Остановись”, – кричало все сознание в голове Пчёлкина, но какая-то неумолимая сила продолжала тянуть его к губам Женьки.
И тут раздался звонок в дверь. Женька, хватаясь за трель звонка, словно за спасительный круг, высвободилась их рук Пчёлы и бросилась в коридор.
- Льёт не хуже, чем в норвежском Бергене, – послышался голос Дунаева. – Кареглазая, приличия в сторону, наливай горячий чай срочно.
- Сильно промок?
- Не особо, но замерз люто, май, блин, называется.
Они вернулись в кухню, где на стуле, закинув ногу на ногу, сидел Витя все в том же полотенце, обмотанном вокруг пояса. Андрей смерил его взглядом, заметил “Столичную” на столе и хмыкнул.
- Не помешал?
- Помешал, – мгновенно кинул Пчёла.
- Я старался, – улыбнулся Дунаев и приземлился на стул по соседству. Женька тем временем убавила огонь под жаркое и поставила чайник кипятиться. – Решили начать отмечать раньше?
- Да, в тихой интимной обстановке, – отозвался Витя. – Вдвоем.
- А ты мне не рад? – притворно изумился Андрей.
- Ну что ты, – Пчёла наградил парня ехидным взглядом, – я сейчас просто помру от счастья.
- Жека мне этого не простит.
- Ну ты и задница, – откликнулся Пчёлкин.
- От задницы слышу, – ухмыльнулся Дунаев.
- На большее фантазии не хватает?
- Прости, я не могу выражаться при Женьке, – засмеялся Андрей.
- Эй, что за детский сад? – Филатова уперла руки в боки. – Я вам тут не мешаю?
- Нет, – последовал единогласный ответ от этих двух товарищей.
- Ну спасибо, – скривилась Женька, – Пчёл, оденься уже, в конце концов.
- Я еще не обсох, – развел руками тот.
- Обсох уже давно! Одевайся, сейчас уже мама вернется.
- Порой она просто невыносима, – пожаловался Дунаеву Витя, понижая голос.
- Не могу не согласиться, – Андрей слегка улыбнулся, подмигнув Женьке.
- Я все слышала!
Пчёлкин закатил глаза, стянул со стула принесенную одежду Фила и принялся, было, натягиваться на себя, но Женька пресекла его действия:
- Пчёл, ты охренел? Здесь же кухня. Оденься в зале.
- Не, как раздеваться, так можно…
- Закройся и иди в зал.
Витя сгреб в охапку штаны и футболку и прошествовал в другую комнату. Дунаев выгнул бровь и посмотрел на Женьку, которая уже начинала закипать раньше чайника, на лбу выступила испарина, и она поспешно утерла ее тыльной стороной ладони. Что бы было, если бы Дунаев пришел на несколько минут позже? Витя бы поцеловал ее? Да ну, какой же бред, в конце концов. Он просто издевается.
- Я все-таки помешал, – то ли спрашивая, то ли утверждая, произнес Андрей.
- Блин, Дунаев, ты прикалываешься? – огрызнулась Женька. – Он просто промок до нитки, пришлось растереть эту бациллу.
- Да ты не оправдывайся.
- Я и не оправдываюсь.
- А смахивает на это.
- Дунаев!
- Молчу-молчу, – Андрей выставил руки в усмиряющем жесте, но затем добавил: – А все-таки я прав.
- В чем это?
- В том, о чем рассказывал тебе на паре, балда.
- Господи, меня уже достали эти ваши препирательства! Можно хоть сегодня не устраивать этот цирк?
- Какой цирк? – в кухню вернулся Пчёла. – Космоса еще нет.
