Песня кончилась. Фродо открыл глаза и увидел, что Бильбо сидит на стуле в кольце слушателей, которые улыбаются и хлопают.
— А теперь послушаем еще раз, — сказал какой-то эльф.
Бильбо встал и поклонился. — Я польщен, Линдир, — сказал он, — но повторять всю песню слишком утомительно.
— Только не для вас, — со смехом возразили эльфы. — Мы знаем, вы никогда не устаете повторять собственные стихи. К тому же мы не можем ответить на ваш вопрос, лишь один раз прослушав это.
— Что! — воскликнул Бильбо. — Вы не можете сказать, какая часть моя, а какая дунадана?
— Для нас непросто установить разницу между двумя смертными, — пояснил эльф.
— Ерунда, Линдир, — фыркнул Бильбо. — Если вы не видите разницы между человеком и хоббитом, значит, ваши способности рассуждать куда скромнее, чем я полагал. Люди и хоббиты похожи не больше, чем горошина и яблоко.
— Может быть. Овце любая другая овца несомненно кажется иной, — засмеялся Линдир. — Пастуху тоже... Но смертные нам не интересны. У нас хватает своих дел.
— Не стану спорить, — сказал Бильбо, — от всей этой музыки и пения меня клонит ко сну. Ищите ответ сами, если хотите.
Он встал и подошел к Фродо. — Ну, с этим покончено, — сказал он тихо. — Получилось лучше, чем я ожидал. Меня не часто просят повторить. Что скажешь?
— Гадать не стану, — улыбаясь, сказал Фродо.
— И не нужно. В сущности, вся песня моя. Арагорн настоял лишь на том, чтобы вставить в нее про зеленый камень. Ему это казалось очень важным. Не знаю почему. А вообще он, кажется, решил, что все это выше моего разумения, и сказал, что если я хочу читать в доме Эльронда стихи об Эарендиле, то это мое дело. Я думаю, он прав.
— Не знаю, — сказал Фродо, — мне показалось, что песня вполне уместна, хоть я не могу этого объяснить. Я дремал, когда вы начали читать, и мне показалось, что мой сон продолжается. Я до самого конца не сознавал, что это читаете вы.
—
— А можно?
— Конечно. Тут веселятся, а не занимаются делами. Пока не шумишь, делай что угодно.
Они встали, неслышно отошли в тень и направились к двери. Сэма они оставили у очага – он крепко спал и улыбался во сне. Несмотря на искреннее удовольствие, которое доставляло ему общество Бильбо, Фродо почувствовал внезапное сожаление, когда они покинули Зал Огня. В тот самый миг, когда они переступали порог, ясный и сильный голос позади запел:
Фродо на мгновение задержался и оглянулся. Эльронд сидел в своем кресле, и огонь освещал его лицо, как летнее солнце – деревья. Подле него сидела благородная Арвен. К своему удивлению, Фродо увидел, что рядом с ней стоит Арагорн. Отброшенный за спину темный плащ открывал эльфийскую, как показалось Фродо, кольчугу; на груди Странника сияла звезда. Они говорили о чем-то, а потом Фродо вдруг показалось, что Арвен взглянула на него, и свет ее глаз проник в его сердце.
Он стоял, не в силах стряхнуть очарования, а чудесные звуки эльфийской песни, сплав напева и слов, сыпались, будто прозрачные самоцветы.
— Это песня в честь Эльберет, — сказал Бильбо. — Они будут петь ее и другие песни Благословенного королевства всю ночь напролет. Идем!
Он отвел Фродо в свою комнатушку. Ее окна выходили в сад и смотрели на юг, на Бруиненский каньон. Некоторое время хоббиты сидели, любуясь яркими звездами над взбирающимися на крутые склоны лесами, и негромко беседовали. Больше они не говорили ни о пустячных новостях из далекого Шира, ни о Тени и окружавших их опасностях – только о том прекрасном, что вместе повидали в жизни, об эльфах, о звездах, о деревьях и о том, как золотая осень легкой поступью приходит в леса.
Наконец в дверь постучали. — Прошу прощения, — сказал Сэм, просовывая в дверь голову, — я просто хотел узнать, не нужно ли вам чего-нибудь?
— А я прошу прощения у тебя, Сэм Гэмджи, — ответил Бильбо. — Я понял, ты намекаешь, что твоему хозяину пора на боковую.
— Как же, сударь, завтра рано утром Совет, а он сегодня впервые встал с постели!
— Совершенно верно, Сэм, — рассмеялся Бильбо, — беги доложи Гэндальфу, что Фродо пошел спать. Доброй ночи, Фродо! Как славно было снова повидать тебя! Никто, кроме хоббитов, не понимает, что такое настоящий хороший разговор. Я становлюсь глубоким стариком и начинаю задумываться о том, увижу ли главы нашей истории, написанные тобой. Доброй ночи! А я, пожалуй, прогуляюсь и посмотрю на звезды Эльберет из сада. Спи спокойно!
