Он на мгновение умолк. Потом, не прибавив ни слова, отвернулся от огней и голосов в поле и под навесами, обогнул в сопровождении троих гномов дом и быстро пошел через сад по длинной тропе, спускавшейся под уклон. Перепрыгнув в низком месте через живую изгородь у подножия склона, Бильбо двинулся через луг и с легким шелестом, похожим на шорох ветра в траве, исчез в ночи.
Гэндальф некоторое время смотрел ему вслед, в темноту. — До свиданья, мой милый Бильбо, до новой встречи! — тихо сказал он — и вернулся в дом.
Вскоре пришел Фродо и увидел сидящего в темноте задумчивого Гэндальфа. — Ушел? — спросил Фродо.
— Да, — ответил Гэндальф, — наконец ушел.
— Как жаль... я хочу сказать, до сегодняшнего вечера я надеялся, что это шутка, — сказал Фродо. — Но в глубине души я знал, что он уйдет. Он всегда говорил о серьезных вещах шутливо. Жаль, я не пришел пораньше, чтобы застать его.
— Я думаю, он все-таки предпочел уйти незаметно, — сказал Гэндальф. — Не волнуйся. Теперь с ним все будет хорошо. Он оставил тебе конверт. Вон там!
Фродо взял с камина конверт, оглядел, но распечатывать не стал.
— Я думаю, здесь ты найдешь его завещание и другие бумаги, — продолжал чародей. — Теперь ты хозяин Бэг-Энда. А еще, мне кажется, ты найдешь в конверте золотое кольцо.
— Кольцо! — воскликнул Фродо. — Он оставил его мне? Но почему? Оно могло ему пригодиться.
— Может, да, а может, и нет, — ответил Гэндальф. — На твоем месте я не стал бы его использовать. Но никому о нем не говори и береги его! А теперь я отправляюсь спать.
Как хозяин Бэг-Энда Фродо счел своим, хоть и утомительным, долгом попрощаться с гостями. Слухи о странных событиях успели разнестись по всему полю, но на все вопросы Фродо отвечал только, что «к утру все, несомненно, разъяснится». К полуночи за важными особами прибыли экипажи. Один за другим они отъезжали, увозя сытых, но очень недовольных хоббитов. Потом явились садовники и увезли на тачках все, что было небрежно брошено гостями.
Ночь медленно прошла. Встало солнце. Хоббиты проснулись необычно поздно. Утро потянулось своим чередом. Пришли рабочие и (по соответствующему распоряжению) начали убирать павильоны, столы и стулья, ложки и ножи, бутылки и тарелки, и лампы, и цветущие кусты в ящиках, и крошки, и бумагу от хлопушек, забытые сумки, перчатки и носовые платки, и остатки угощения (ничтожно малые). Затем (без приглашения) нагрянули хоббиты: Бэггинсы, и Боффины, и Болджеры, и Туки, и другие гости, которые жили или остановились поблизости. К середине дня, когда даже самые сытые готовы были вновь приняться за еду, в Бэг-Энде собралась большая толпа хоббитов, не званых, но и не нежданных.
Фродо с улыбкой ждал на ступенях, но казался усталым и озабоченным. Он радушно приветствовал всех, однако ничего не мог добавить ко вчерашнему. На все расспросы у него был один ответ: «Мастер Бильбо Бэггинс ушел, насколько я знаю, навсегда». Кое-кого из посетителей он пригласил зайти – Бильбо оставил им «посылки».
Внутри, в холле, были грудой навалены пакеты, свертки и мелкие вещицы. Ко всем были привязаны ярлычки, среди прочих и такие:
Это лишь несколько примеров заготовленных подарков. В доме Бильбо за его долгую жизнь накопилась уйма вещей. Все хоббичьи норы рано или поздно непременно загромождаются вещами, чему вполне отвечает обычай дарить друг другу подарки в день рождения. Конечно, не всегда эти подарки бывают
