Они неторопливо поднимались, минуя множество флетов, но лестница вела все выше, пока не исчезла в люке большого талана, размерами не уступавшего Каминному Залу Дольна. Фродо вошел вслед за Хэлдиром и действительно оказался в зале с одной центральной колонной, образованной все тем же стволом меллорна, все еще достаточно широким в обхвате. То ли настоящие, то ли лиственные, зеленые с серебром стены покрывал золотой потолок; в центре залы под пологом большой живой ветви в двух креслах чуть впереди ствола сидели Владыка Келеберн и Владычица Галадриэль. При появлении гостей хозяева встали по эльфийскому обычаю, и вслед за ними встали эльфы, находившиеся в зале. Высокие, все в белом, величественные и прекрасные предстали глазам пришедших легендарные правители Лотлориена. Волосы Владычицы Галадриэль отливали старым золотом, ярким серебром сияли длинные локоны Владыки Келеберна. Ничто не говорило об их возрасте, лишь в глубине глаз, пристальных, по-эльфийски лучистых, били родники мудрости и древней памяти.
Хэлдир подвел Фродо к креслам, и Владыка Келеберн приветствовал хоббита на родном языке. Ни слова не промолвила Владычица Галадриэль, но долгим взглядом задержалась на лице Фродо.
– Садись рядом, Фродо из Шира, - пригласил Владыка Келеберн. - Подождем остальных, а потом поговорим.
Каждого члена отряда, поднимавшегося на талан, он приветствовал учтиво на их языках, называя по именам.
– Добро пожаловать, Арагорн, сын Арахорна! - звучно разносился по залу голос Владыки. Тридцать лет и еще восемь прошло в твоем мире с тех пор, как мы попрощались. Вижу, годы эти были нелегкими. Но теперь, плохой или добрый, конец близок. Расправь усталые плечи, забудь о бремени забот!
– Добро пожаловать, Леголас, сын Трандуила. Не забыли ли Северные Эльфы путь в наши края?
– Добро пожаловать и тебе, Гимли, сын Глоина! Давно, со времени Государя Дарина, не переступала порог Карас Галадона нога гнома. Для тебя мы отступили от правил. Темно нынче в мире, но, может быть, твой приход послужит знаком возвращения лучших дней и возрождения дружбы между нашими народами.
Гимли низко поклонился.
Когда все гости расселись, Владыка еще раз оглядел их.
– Вас восемь, - с легким удивлением заметил он. - Гонцы сообщили нам о выходе девяти. Неужели Совет изменил решение? Дольн далек, между нами - тьма, вести запаздывают.
– Совет не менял решений, - впервые заговорила Владычица Галадриэль. Ее голос был удивительно мягок и музыкален, но не по-женски глубок. - С отрядом из Дольна вышел Гэндальф Серый, но границы Лориена он не пересекал. Я хотела бы поговорить с ним и прошу гостей рассказать, почему его нет. Мне не увидеть его издалека, вокруг Гэндальфа серый туман, его пути и мысли скрыты от меня.
– Гэндальфа Серого поглотила Тьма, - ответил Арагорн. - Он вступил в поединок во мраке Мории, его нет больше.
Множество горестных и изумленных возгласов послышалось в зале.
– Дурные вести, - покачал головой Владыка Келеберн. - Самые дурные за многие годы, обильные печальными известиями.
Он повернулся к Хэлдиру и спросил по-эльфийски:
– Почему о том не известили меня раньше?
– Хэлдир не знал о наших делах, Владыка, - ответил Леголас. - Поначалу мы слишком устали, а опасность шла по пятам; потом, на прекрасных тропах Лориена, печаль наша почти забылась…
– Но скорбь велика, а утрата невосполнима, - добавил Фродо. - Гэндальф вел отряд. Если бы не он, нам не пройти бы через Морию, а в конце он спас нас ценой своей жизни.
– Я прошу рассказать об этом полнее, - произнес Владыка Келеберн.
И Арагорн рассказал обо всем случившемся с отрядом, после неудачной попытки у перевала Карадрас. Он говорил о Балине, упомянул о схватке в зале Мазарбул, о пламени и о поединке на мосту.
– Это было какое-то Зло из Древних Дней, я никогда не видел такого прежде, - закончил Арагорн. - Мрак и огонь, сильный и ужасный.
– Это Барлог Моргота, - сказал Леголас. - С древних времён - самый ужасный из всех наших врагов. Кроме хозяина Черной Крепости, конечно.
– Это Проклятье Дарина, - тихо сказал Гимли, и в его глазах плеснул недавний ужас.
– Мы опасались спящей под Карадрасом силы, - молвил Владыка Келеберн. - Но если бы я знал, что гномы снова разбудили морийское зло, я не открыл бы перед тобой, гном Гимли, и твоими спутниками границы Лориена. Похоже, мудрость изменила Гэндальфу. Он понапрасну сгинул в морийской ночи.
– Поспешные суждения редко бывают справедливы, - произнесла Владычица Галадриэль. - Гэндальф никогда не поступал опрометчиво, думаю, наши гости просто не знали обо всех его замыслах и планах. Впрочем, он сам выбирал пути, и на наших гостях нет вины. Нам не в чем упрекнуть и гнома. Если бы наш народ вынужден был надолго покинуть Лориен, неужели спустя годы кто-нибудь из Галадримов, будь то даже Келеберн Мудрый, не пожелал бы взглянуть на свой старый дом, стань он тем временем хоть обиталищем дракона?
