– Прекрасная госпожа, – смущенно проговорил Фродо, чувствуя в сердце растущую беспричинную радость. Так бывало, когда ему приходилось слышать голоса эльфов, но здесь чары были иными: там звездный свет имел льдистый оттенок вечности, а здесь все было милее и ближе смертному сердцу, чудно, но не чуждо. – Прекрасная госпожа, – повторил он, справившись с волнением. – Мы слышали радость в твоей песне, а теперь видим ее воочию.
Он вдруг запнулся и смолк, удивленный своими словами не меньше остальных. Но Златеника тепло рассмеялась.
– Добро пожаловать! – снова пригласила она. – Признаюсь, я не ожидала от народа Шира столь благозвучных слов. Впрочем, от Друга Эльфов их услышать вдвойне приятно. Не смущайся и не гадай, кто назвал мне тебя. Свет в твоих глазах и звонкий голос послали весть. Вот веселая встреча! Усаживайтесь, не тревожьтесь ни о чем, сейчас придет хозяин. Он обихаживает ваших усталых лошадок.
Хоббиты принялись рассаживаться на низких камышовых стульях, посматривая на хозяйку, кружившуюся у стола. Смотреть на нее доставляло удовольствие, так изящны и точны были ее движения. Откуда-то из глубины дома доносились обрывки дурашливой песни:
Прислушавшись, Фродо обратился к хозяйке:
– Прекрасная госпожа, позволь мне спросить, Том Бомбадил – кто он?
– Он – это он, – с улыбкой ответила Златеника. – Тот, кого ты видишь. Хозяин леса, реки, холмов.
– Значит, этот заповедный край принадлежит ему?
– Вовсе нет! – легко и, как показалось Фродо, чуть грустно ответила Златеника. – Владеть – слишком обременительно для Тома Бомбадила. Деревья и травы, воды и звери принадлежат самим себе. А Том Бомбадил – Хозяин. Хозяин в лесах и водах, в лугах и холмах, Хозяин, Живущий Здесь.
Дверь распахнулась, и появился Том. Теперь он был без шляпы, но густую каштановую шевелюру венчал венок из осенних листьев.
– Вот моя хозяюшка, – с поклоном представил он. – Вот моя ненаглядная Златеника. Стол готов? Вижу сливки, соты с медом, белый хлеб и масло. Зелень, молоко и сыр, ягодки на блюде. Хватит закусить нам? Ужин ждет, и стол готов...
– Ужин-то готов, – остановила его Златеника, – а вот гости готовы ли?
Том в притворном ужасе хлопнул себя по бокам:
Он открыл дверь и пригласил хоббитов за собой.
Комната, куда они вошли, пройдя коридором, выглядела удивительно: каменные стены скрывали зеленые гобелены с растительным рисунком, пол был застелен свежим тростником. Вдоль одной стены стояли четыре низких кровати с пышными перинами, застеленные белыми пуховыми одеялами, вдоль другой тянулась скамья. Четыре глиняных таза и четыре кувшина – два с холодной и два с горячей водой – ждали хоббитов.
Вскоре умытые и посвежевшие гости сидели за столом, во главах которого, друг напротив друга, расположились хозяева. Ужин продолжался долго и весело. Хоббиты ели так, как могут есть только проголодавшиеся хоббиты. В кубках оказалась родниковая вода, странным образом согревшая сердца и развязавшая языки. В какой-то момент Фродо с удивлением заметил, что весело распевать за этим изобильным столом куда легче, чем просто говорить.
Наконец ужин закончился. Том и Златеника быстро убрали со стола, усадили гостей в кресла, не забыв дать каждому по маленькой скамеечке для усталых ног. Прямо перед ними в огромном камине горели, источая сладкий аромат, большие поленья, все огни в комнате погасли, лишь на высокой каминной полке осталась пара свечей. Златеника пожелала каждому доброй ночи и спокойного сна.
– Спите себе и ни о чем не тревожьтесь. Не слушайте ночных шорохов. Пусть шумит лес за окном. Ему не пробраться в дом. Только звездный свет да вольный ветерок будут ночевать вместе с вами. Доброй ночи!
Замерцала свеча, прошелестело, струясь, зеленое платье, прожурчали легкие шаги – и вот ее уже нет, и ночная тишина заполнила большую залу.
Том сидел подле них то ли глубоко задумавшись, то ли давая им время собраться с мыслями. Сон начал скапливаться под потолочными балками, когда Фродо заговорил.
– Хозяин, скажи, ты сам пришел на мой крик или случайность стала причиной нашей встречи? Том, похоже задремавший, встрепенулся.
