Когда на следующее утро я покидал «Бильбоке», моя голова раскалывалась от джина и бессонной ночи именно так, как и полагалось по моей роли. Всё тело чесалось от укусов паразитов, которыми кишела гостиница. Чтобы отвлечься от раздражающего зуда, я припоминал детали моего разговора с партнёрами мистера Викерса. Их очень заинтересовала семья, о которой я подробно рассказал, и история смерти моего фиктивного отца. Дойдя до судебной палаты, я понял, что человечек с клювообразным носом всё время движется в том же темпе, что и я, держась примерно в двадцати футах позади. Так что мистер Холмс оказался совершенно прав, говоря, что за мной обязательно будут следить. Я постарался сделать вид, что не замечаю непрошеного спутника, и пошёл своей дорогой.
У судебной палаты я принялся останавливать всех облачённых в мантии, чтобы ни у кого не осталось и тени сомнения в том, что я ищу юриста, который согласился бы заняться моим делом. Никто из встречных не дал мне доброжелательного ответа, что, впрочем, совпадало с моими намерениями. Поэтому я продолжал свои попытки, обращаясь к каждому следующему стряпчему всё более неприветливо. Наконец я заметил, что ко мне направляется Пайерсон Джеймс, которого мистер Холмс должен был прислать на встречу со мной. В руках он судорожно сжимал большой кожаный портфель, а одет был соответственно своему сословию. Адвокатское платье было весьма поношенным, уверен, что оно попало к нему из того же гардероба, что и моё ко мне, то есть из гардероба Эдмунда Саттона. Он чуть не столкнулся со мной и принялся извиняться.
— Я никак не хотел… Прошу прощения, сэр. — Он схватил меня за руку, чтобы я не ушёл раньше, чем он скажет всё, что хотел.
Джеймс был немногим старше меня, но выглядел человеком средних лет и держался именно так, как подобает адвокату в профессиональном облачении. На шее Джеймса висели очки на тёмной ленте. Я знал, что его острое зрение нисколько не нуждалось в помощи линз.
— Не тревожьтесь, — прервал я его излияния и, увидев, что клювоносый человечек приблизился, перешёл к тексту, полагавшемуся мне по роли.
— Значит, в завещании есть спорные моменты? — нетерпеливо переспросил Пайерсон Джеймс. — Да, конечно, я смогу дать вам совет. Если вы не сочтёте за труд последовать за мной.
