— Судей? Нет, что ты, — всплеснул руками Татлин: — Судья — это мелочь. Мой Защитник Веры его одной рукой разорвёт!
— Защитник Веры? — Подмигнув Жвалгу, Сэм недовольно покачал головой: — Сдается мне, брат Жвалг, что епископ этот в заблуждение ввести нас решил. Как считаете?
— Виновен! — Коротко кивнул Док: — Без пролития крови?
— Думаю да, — задумчиво почесал бровь Люциус: — Всё же лицо, облеченное саном.
— Вот только что? — Теперь сомнения начали терзать чело врача: — Петля или гаррота?
— Да повесьте вы его и дело с концом! — Принялся рыться в столе Татлин: — Вот. Возьмите, — в его руках появилась сложенная бухтой, крепкая даже на вид веревка: — Для доброго дела не жалко!
— Спасибо, — забирая её благодарно кивнул ему Жвалг: — У нас своя есть, но не отказываться же.
— Нам будет проще, брат мой, — протянув руку, Сэм взял доброхота за локоть: — Если ты, в самых общих чертах — я не хочу отвлекать тебя от работы, друг — поэтому только в самых общих, да? Кратко — твоё время ценно, поведаешь нам о Защитнике.
— Дабы мы, — подхватив Док, взвешивая на руке бухту: — Могли лучше оценить его преступный замысел.
— Замысел? Кратко? — Переводя взгляд с одного на другого повторил монах. — Ааа…
— Умолчание нам о твоём шедевре.
— Но кратко не получится, — снял очки и начал протирать их о рясу изобретатель: — В нем, — кивнул он на сокрытый под брезентом предмет: — Столько нововведений, рационализаций, что я прямо затрудняюсь — с чего начать?!
— Начните с главного, — продолжая держать его локоть, подтолкнул Татлина к брезенту Сэм: — Покажите нам его.
— Показать! — хлопнул себя по лбу, поражённый простотой гений: — Конечно! Так просто! Лучше один раз увидеть! — Вырвав рукав из пальцев Сэма он мгновенно скрылся за брезентовым холмом.
— Зачем нам это? — Вполголоса пробормотал Док, наблюдая за мечущимся с веревками в руках вокруг Защитника, Татлина: — Придавили бы гадёныша и дело с концом. Крики ему, твари бледной, не нравятся!
— Смотри, ща грохнется — показал в ответ Люциус на запутавшегося в веревках монаха: — Ан нет, смотри-ка — выпутался!.. А что насчёт придавить — так мы это завсегда успеем. И веревочка есть — куда спешить то? Да и разве тебе не интересно? Мне вот да.
— Одну секундочку, братья мои, — высунулась из складок брезента взлохмаченная голова: — Буквально миг — вы и Отче Наш прочитать не успеете.
— Что-то не так, падре? — Вопросительно склонил голову Сэм: — Сбой?
— Нет, ну что вы! — Торопливо поправив очки Татлин исчез, но спустя миг высунулся уже из другого места: — Я маленький, крохотный тестик. Это мигом!
— Может всё же придавим? — Начал было разматывать бухту Док, но брезент дрогнул и пополз вниз, приковывая внимание людей к огромной раме, в которой, расставив в стороны руки и ноги, стояла огромная, почти в два человеческих роста, металлическая фигура.
— Братья! — Выскочивший из-за неё Татлин, теперь его шею украшал невесть откуда взявшийся длинный оранжевый шарф, вскочил на пустой ящик и, протянув руку в сторону зрителей, возвестил: — Вера наша, досель, испытаниям и нападкам подвергалась! Многия верныя сыны её, Матери Нашей…
— Мать её, — вставил в вполголоса Сэм, вызывая кривую усмешку у Дока.
— Животы свои сложили, возложив их на Алтарь Благочестия и Смирения…
— Нехрен класть куда попало, — подал голос Жвалг: — Раскидают, а потом ищут. И животы, и прочие органы.
— А ты знаешь, почему у попов такие длинные, ну хозяйство длинное? — Припомнил бородатую, но вроде как подходившую моменту шутку Люциус.
— Эээ… Нет. Потому что на Алтарь кладут?
— Ну…
— И смиренный раб, скорбно стоящий перед вами, — продолжал распинаться Татлин демонстрируя, впрочем, гордыню — чувство как бы далекое от заявленного: — В молитвах, посте и бдениях…
— Я его всё же повешу, — скрипнув зубами, Жвалг, распустил бухту и принялся перенаматывать её себе на руку, пуская светлый шнур от ладони к локтю.
— И вот, братия! Бдения мои завершены! — Особенно громко возвопив, инженер взметнул обе руки вверх — Сэм даже посмотрел на потолок, ожидая увидеть там нечто неординарное. Естественно, там ничего не было.
— Защитник Веры версии Два. Точка. Ноль. Два! — Опустив руки вниз докладчик замер, слегка наклонившись вперед, всем своим видом напоминая пингвина в шарфе.
— Ну как? — Вытерев лицо концом шарфа, Татлин, явно испытывая волнение, посмотрел на Сэма: — Моя речь? Как она вам?
— Брат мой, — подойдя к нему, Люциус положил руку на плечо оратора, благо стоя на ящике они оказались практически одного роста: — Вы не только родились с золотыми руками! Господь благословил вас и серебряным горлом!
— Вы так считаете? — Зардевшийся монах смущенно отвел взгляд: — Вам действительно понравилось?!
— Брат мой, — подошедший Жвалг почтительно склонил голову: — Господин инквизитор Первого ранга прав. Мы оба, затаив дыхание внимали каждому слову вашей речи. Вот, видите? — Продемонстрировал он обмотанную веревкой руку: — У меня не оказалось с собой чёток, но, благодаря вашему дару, я смог отметить каждое ваше слово.
— Но… Ну… Эээ… — принявший цвет крайне близкий к своему шарфу только и смог проблеять монах.
