Следующее, что я помню, – это момент, когда очнулся. Тогда мне показалось, что я вынырнул из интервала, в котором время расстилалось передо мной как на ладони, и попал в иное измерение. Но потом довольно быстро понял, что это не так. Все вокруг было черным, наступила ночь, я лежал на спине на одном одеяле, укрытый вторым, и смотрел в небо. Такого неба я еще никогда не видел. Некоторое время я тщетно пытался уяснить, что же не так, а потом вдруг сообразил, что вижу Галактику во всей ее красе. Прямо надо мной сияла ее центральная часть, а уже от нее тянулись завихрения, уходящие на окраины.
Я повернул голову сначала в одну сторону, потом в другую. Над горизонтом справа и слева сверкали звезды, я догадался, что это шаровые скопления или, что менее вероятно, звезды, соседствующие с той, вокруг которой вращалась планета, где я сейчас находился. Изгнанники галактической системы спустя эпохи оказались на ее темных задворках.
Всего в нескольких футах от меня догорал костер, а рядом с ним, свернувшись калачиком и укрывшись одеялом, лежала какая-то фигурка. За костром виднелись силуэты лошадок, они слегка покачивались туда-сюда, их гладкие, словно полированные ноги отражали тусклый свет пламени.
Кто-то прикоснулся к моему плечу; я резко повернулся и увидел Сару, которая сидела рядом на корточках.
– Как самочувствие, капитан?
– Прекрасно, – ответил я.
И это была чистая правда, я ощущал себя прямо заново родившимся, в голове было так ясно, что даже страшно становилось: как будто я – первый человек, ступивший в новый мир на заре его существования.
Я сел, и одеяло сползло вниз.
– Где мы?
– В одном дне пути от города, – пояснила Сара. – Тук предлагал остановиться и подождать, пока вы не оклемаетесь, но я настояла на том, чтобы двигаться дальше: подумала, что вы бы тоже этого хотели.
Я затряс головой:
– Ни черта не помню. А что, мне действительно было совсем худо?
Она кивнула:
– Вы еле-еле держались в седле и с трудом отвечали, когда к вам обращались.
– А где Ух?
– В карауле. Бродит вокруг, говорит, что не нуждается в отдыхе.
Я встал и потянулся, как хорошо выспавшийся пес. Да, чувствовал я себя лучше некуда. Просто великолепно!
– Найдется что-нибудь поесть?
Сара тоже встала и рассмеялась.
– Что вас так развеселило? – не понял я.
– Вы.
– Я?
– Да. Теперь я вижу, что вы в порядке, и очень рада. Мы все очень из-за вас переживали.
– Это все чертов Ух. Высосал из меня кровь.
– Знаю, он мне все объяснил. Иного выхода не было, вот ему и пришлось выпить вашу кровь, а потом впрыснуть ее обратно.
Меня аж передернуло.
– Просто невероятно.
– Ух сам по себе невероятный, – заметила Сара.
– Нам повезло, что он стал нашим попутчиком. Я ведь мог оставить его там, в песках. И, откровенно говоря, хотел бросить: проблем-то у нас и без него хватало.
Сара подошла к костру.
– Поддерживайте огонь, а я приготовлю вам что-нибудь поесть.
Рядом лежала куча заготовленных сухих веток, я присел на корточки и подкинул несколько в костер.
– Хреново, что с лазерной винтовкой так получилось. Без нее мы легкая добыча.
– Но моя-то винтовка при мне, – напомнила Сара. – Это серьезное оружие. В умелых руках…
– То есть в ваших?
– Да, в моих.
Тут фигура, скорчившаяся под одеялом возле костра, заворочалась.
– Как Тук? – спросил я. – Не начал еще очухиваться?
– Вы слишком на него давите. Могли бы обращаться с человеком и помягче. Поймите: он другой, не такой, как мы. А вот у нас с вами, капитан, много общего. Вам это не приходило в голову?
– Приходило, – признался я.
Сара поставила котелок на угли и присела рядом со мной.
– Мы с вами выдержим, – сказала она, – но вот Тук навряд ли. Он сломается где-то посреди пути.
Это может показаться странным, но в тот момент я вдруг подумал, что после исчезновения Смита Тук, похоже, потерял мотивацию к жизни.
Не потому ли он так цеплялся за эту куклу? Он нуждался в ком-то или в чем-то, кого мог бы защищать. Впрочем, наш монах стал одержим этим идолом еще до исчезновения Джорджа. Но с другой стороны, он мог если не знать, то хотя бы подозревать, что толстяк испарится. Насколько я помнил, Тук совсем не удивился, когда его слепой товарищ вдруг загадочным образом пропал.
– Есть еще кое-что, о чем вам следует знать, – сказала Сара. – Это касается деревьев. На рассвете сами сможете взглянуть. Мы разбили стоянку на склоне холма. Когда подниметесь на вершину, увидите много деревьев, штук двадцать или тридцать. И они растут не как попало, их посадили в соответствии с некоей системой, я в этом уверена.
– Вы хотите сказать, что они растут в определенном порядке, как в саду или парке?
– Вот именно. Они расставлены, как шашки на доске, на одинаковом, хотя и очень большом расстоянии друг от друга. Похоже, когда-то давно некто разбил здесь целый сад из гигантских деревьев.
Мы продолжали двигаться дальше.
