Браво-брависсимо полностью

Санитарные поезда привозят запущенных раненых. Особенно много остеомиелитов от костных ран. Персонал зачастую работает непрофессионально. Я часто срываюсь. Чтобы снять раздражение, пью бром. (в сторону) Ну, бром он пил и раньше, и не от раздражения.

Наиболее тяжелых раненых он отыскивает сам. Если же его вмешательство запаздывает, и он замечает при обходе, что прооперированного им увезли в морг, уединяется в своей каморке и отмаливает свой невольный грех.

И вот последнее письмо. Войно пишет. Лев, это какое-то чудо. В одном из санитарных поездов привезли с передовой… кого бы ты думал? Капу Дрёмову! У нее тяжелое ранение. Сделал ей сложнейшую операцию. Несколько суток она находилась в коме, но сейчас пошла на поправку.

Госпиталь. Отдельная палата, где лежит Капа. Входит Войно.

КАПА. Присядьте, профессор.

Войно садится на стул у кровати.

КАПА. Представляю, как вы меня искромсали.

ВОЙНО. Женщин не должно быть на войне. Но вы не должны переживать. Не вижу повода. Я зашил вас очень аккуратно.

КАПА. То есть не противно будет смотреть?

ВОЙНО. Я монах, Капа. Мне нельзя видеть то, что видят другие.

КАПА. Как же вы живете?

ВОЙНО. Терпением, Капа,

КАПА. Ну и зачем это вам? Может, вы презираете женщин так же, как презирал ваш бог? Учтите, я дважды перечитала оба Завета. От меня ничего не укрылось.

ВОЙНО (теплым тоном). Поправляйся, Капа, и не хули господа всуе.

КАПА. Неправильно. Правильно – поправляйся скорее, Капа. (протягивает руку) Господи, как же я рада, что меня так ранило, что меня привезли сюда. Разве это не провидение?

ВОЙНО. Поправляйся скорее.

КАПА. Я жду тебя с нетерпением, Капа. Ну, скажите так! Назовите меня по имени. Человеку так нравится слышать свое имя.

ВОЙНО. Я буду ждать твоего выздоровления…с нетерпением, Капа

КАПА. Вот теперь правильно. Ну, встаньте же со стула. Сядьте сюда, на краешек. (Войно встает и садится на край кровати) Обнимите меня. Ну, как сестру во Христе. Господи, ну что вы такой серьезный, такой деревянный. Как же мне вас оживить?

Войно делает движение, чтобы встать. Капа решительно привлекает его к себе и целует. Войно пытается встать, но Капа держит его крепко.

ВОЙНО (отстраняется). Мне пора. Я зайду попозже, а вы… а ты пока поспи.

КАПА. Спать? Ну, нет! Вдруг просплю твое появление.

Войно выходит из палаты, где лежит Капа. Сталкивается в коридоре с медсестрой, которая подслушивала разговор.

МЕДСЕСТРА. Что делается! Я вас не узнаю, профессор. Вы буквально на глазах возвращаетесь в свой возраст.

Комнатка Войно в госпитале. Войно и Капа пьют чай.

КАПА. Я дважды молилась Богу. Когда попала под сильнейший артобстрел на передовой. И когда везли в санитарном поезде – боялась, что не довезут.

ВОЙНО. А ведь я мог умереть до войны. Одиннадцать лет в ссылках, на пересылках, в тюрьмах. И не помог бы сейчас тысячам. До чего же глупый твой бог Сталин, Капа. А еще гений.

КАПА. Давай выпьем за наших богов. Какие бы они ни были, мы с верой в них и с их именем ходим на смерть. А значит… они нам нужны. А если бог нужен человеку, это и оправдывает его существование. Не кори себя, Валентин. Бог должен понять и простить тебе всё, даже без молитв. Ты этого заслужил. Сегодня я останусь у тебя. И мы пойдем дальше по жизни вместе. Я тоже буду гонима. Но я все стерплю. Я тоже заслужила право быть рядом с тобой.

Войно наливает из фляжки в стаканы. Они чокаются. Но тут – стук в дверь.

ПОЧТАЛЬОН. Вам телеграмма.

Войно расписывается в получении. Почтальон уходит.

ВОЙНО (прочтя текст). Митрополит Сергий приравнял мое лечение раненых к доблестному архиерейскому служению и возвел меня в сан архиепископа.

КАПА (она убита этой новостью). Простите, ваше высокопреосвященство. Я забыла, что вы владыко Лука. Кажется, я вас очень серьезно скомпрометировала. Но, слава богу, не успела скомпрометировать еще серьезней.

ВОЙНО (в сильнейшем волнении). Архиерейское облачение шьется из парчи. Где взять парчу?

КАПА. Какая же вам парча во время войны, да еще в Сибири? Здесь даже ситчик – роскошь. Но я найдут вам парчу. Вот оклемаюсь чуток и непременно найду. Чего не сделаешь для любимого … архиепископа.

ВОЙНО. Капочка, я мистик. Ну, что я с собой поделаю? Таким уж уродился. Будь ко мне снисходительна.