Идею своей сказочной повести Брэдбери определил еще в 1948 году — в не очень известном рассказе «Черное чертово колесо» («Black Ferris»). Это страшное, поистине чертово колесо могло уносить любого человека в прошлое и превращать его там совсем в маленького мальчика или маленькую девочку, одновременно искажая самые добрые их желания.
В 1954 году Дон Конгдон продал «Черное чертово колесо» на телевидение — продюсеру Сэму Голдвину — за 600 долларов, и через пару лет рассказ озвучили для телепрограммы «Sneak Preview» под названием «Карусель» («Merry-Go-Round»). Переработанный вариант «Карусели» лег в основу рассказа «Далеко за полночь» («Long after Midnight») — о бродячем цирке, приехавшем однажды в маленький провинциальный городок. Последним же толчком для создания повести послужил фильм Джин Келли
После сеанса Рей и Мэгги долго ждали автобуса и, не дождавшись, отправились домой пешком. Всю дорогу Рей только и говорил о том, как ему нравятся фильмы Джина Келли и как бы он хотел что-нибудь написать для него.
— Ну, так напиши.
— У меня нет никаких идей.
Мэгги засмеялась:
— А ты поройся в своих ящиках.
И Рей вспомнил о рассказе «Далеко за полночь» и послал его Келли.
Продюсер обрадовался, но, к сожалению, спонсоров для съемок не нашлось.
«Все равно я был польщен вниманием Джина Келли», — позже вспоминал Брэдбери.
В октябре 1962 года повесть «Что-то страшное грядет» вышла в свет.
На русском языке она издавалась под разными названиями: «Недобрый гость», «Чую, что зло грядет», «…И духов зла явилась рать». У каждого переводчика находилось свое понимание приведенных в названии слов Шекспира, которые в четвертом акте «Макбета» произносит вторая ведьма: «Something wicked this way comes…» Или, если быть совсем точным: «By the pricking of my thumbs, something wicked this way comes…»
Вот некоторые варианты.
Кстати, в СССР повесть Брэдбери долго не могла выйти.
Официальное отношение к ней откровенно выразила во внутренней издательской рецензии переводчица Нора Галь:
«В городок, где живут Вилл и Джим (герои повести. —
Другой чудовищный аттракцион в повести — зеркальный лабиринт. Он манит, завлекает, в нем легко заблудиться и сойти с ума среди тысяч собственных отражений, которые показывают человеку его самого — в прошлом или в будущем — и тоже могут обращать его в ребенка или в глубокого старика…
И вот пожилая учительница превращается в несмышленую маленькую девочку, теряет и память, и связи с людьми, никому даже нельзя объяснить, кто она и что с ней случилось, — никто не поверит! А старому библиотекарю — отцу Вилла — этот лабиринт грозит окончательной потерей душевных сил, воли и мужества, преждевременным одряхлением. Тем же равнодушием к себе и окружающему, готовностью сдаться без борьбы грозит отцу Вилла и встреча с незрячей ведьмой. Колдунья издали чует человеческую боль и волнение и прилетает насладиться чужим страданием. Мудрый, но усталый человек, отец Вилла, сначала едва не проигрывает в поединке с ведьмой, которая уговаривает его уступить, отдохнуть: ты только пожелай сам, чтобы сердце совсем остановилось, тогда не будет больно. Силы Зла откровенно наслаждаются человеческими страданиями, но — надо не поддаваться, надо смеяться над ними, тогда победишь, говорит Брэдбери. В книге много ужасов, много надрывного, болезненного. На последних страницах силы Добра все-таки побеждают, но в целом, как это ни печально, — заключала Нора Галь, — книга Рея Брэдбери оставляет самое тягостное впечатление, и я убеждена, что переводить ее не следует!»118
