Они очутились в небольшой каменной комнатке, совершенно пустой, если не считать ветхой табуретки со сломанной ножкой. В два окна, расположенные друг напротив друга, залетал снег. Целый сугроб намело возле одной стены. Другая стена получала вдосталь тепла от камина, разожженного в башне, и снег там полностью растаял. Ручейки стекали в трещины в полу.
Аткас прилип к окошку, выходившему на двор у северных ворот. Бой предстал перед ним словно на ладони. Открыв рот, он смотрел, как защитники Вус-Тенгерта пытаются сдержать натиск варваров. У одного из рыцарей сшибли шлем, и Аткас узнал в нем сэра Энсиваля. Седые волосы рыцаря развевались на ветру, а сам он, точно молоденький юноша, кружил вместе с метелью и нес вокруг себя смерть.
Во второе окно бездумно уставилась Дженна, машинально потирая запястья. Она еще ощущала на них неприятную тяжесть браслетов. Внезапно глаза ее расширились от страха.
— Аткас! Смотри скорее!
Юноша, с трудом оторвавшись от своего наблюдательного пункта, с неохотой приблизился, но его напускное безразличие тотчас улетучилось, стоило ему увидеть то, на что показывала Дженна.
В незащищенные южные ворота, распахнутые настежь, ворвался всадник, закованный в броню и державший в руке меч. Оруженосец, следивший за южными воротами лишь потому, что других приказов не поступало, попытался преградить всаднику дорогу, но тот ногой отшвырнул парнишку прочь и, резко осадив коня, спешился.
У ворот поодаль Тьего поднял голову и направил на прибывшего глаза-камни, намереваясь защищать Вила до последнего.
— Сегрик… — прошептала Дженна.
— Надо его остановить! — беспомощно воскликнул Аткас.
Но остановить Сегрика вряд ли было под силу и кому-нибудь посильнее и поопытнее молодых людей. Подобно тайфуну он помчался, набирая скорость, вперед, к сражающимся рыцарям, и как нож в масло вонзился в толпу, смерчем раскидывая вокруг себя варваров.
До укрывшихся в пристройке донеслось несколько приветственных криков. Рыцари заметили подкрепление и оценили его.
— Так он… Он вовсе не нас преследовал! — от удивления Дженна не смогла сдержать смех. — Аткас, подумать только, мы были уверены, что это он за нами гонится, а он-то спешил на помощь своим друзьям!
— Друзьям, как же, — проворчал Аткас, вновь возвращаясь к окну. — Думаешь, сэр Эри ему друг? Я так тебе скажу: ему славы захотелось, вот что. Ни на секунду не верю, что в нем совесть проснулась, или он устыдился за нечестную победу на суде богов…
— Нечего торчать тут, словно крысы, — решительно сказала Дженна. — Даже Сегрик сражается там, а мы что, хуже?
— Дура, — в сердцах выпалил Аткас. — Вали куда хочешь. К счастью, я отвечаю только за Вила, а ответственности за всяких глупых баб не несу.
Дженна окинула его взглядом, полным презрения, и вышла вон из пристройки. Порыв ветра чуть не сбил ее с ног, а во рту и глазах тотчас оказался снег, но она решительно прикрылась ладонью и поспешила к северным воротам.
***
Экроланд не видел, как на поле боя прибыл Сегрик, поскольку сражался далеко за северными воротами. Поодаль несокрушимо, точно скала, стоял Синюрд. Все попытки варваров заставить его отступить оканчивались ничем. Молот гиганта равномерно вскидывался и резко опускался, и одним варваром становилось меньше. Экроланд пытался приблизиться к другу, потому что вдвоем сражаться было бы сподручнее, но между ними появлялись все новые и новые враги. Рыцарь клял себя на чем свет стоит, но не в силах был убивать варваров. В каждом противнике он узнавал черты Вила, и потому старался оглушать и ранить, надеясь, что совсем скоро все закончится… Больше всего он жалел, что не мог перед битвой рассказать о своем плане друзьям, дабы и они щадили варваров, но побоялся вселить в них ложную надежду. В конце концов, любой план может провалиться. Только Тьего знал о замыслах рыцаря.
Внезапно прямо перед ним оказался рычащий от ярости, огромный варвар, чьи коричневые шкуры почернели от крови. Увидев перед собой рыцаря, он оскалился и сжал крепче в ладонях большущую палицу.
Экроланд вскинул перед собой щит. Железная пластина на щите приняла удар и погнулась, во все стороны полетели щепки. Отбросив бесполезный щит, Экроланд схватил меч обоими руками и попытался атаковать варвара, но тот, ловкий, как кошка, отпрыгнул в сторону и, размахнувшись, ударил сам. Окованная сталью палица, столкнувшись с клинком, посыпала искрами перед самым лицом рыцаря. Парируя, Экроланд потерял равновесие и чуть не упал.
Вынужденный отступать все ближе и ближе к воротам, Экроланд чудом избегал смертельных замахов варвара. Мимо просвистела стрела: верный Слэм увидел со стены друга и попытался помочь, но промахнулся, а потом их загородили другие сражавшиеся.
Варвару развлечение пришлось по душе. Он вертел палицу в руках, точно игрушечное оружие, и так, и эдак пытался достать Экроланда, но до поры до времени промахивался.
