— Ты знаешь, мы представляем собой идеальную пару, — глубокомысленно заявила Дженна. Когда Кармина вытаращила на нее глаза, она поспешила исправиться, — я имею в виду, что именно так мыслили великие полководцы прошлого лучшую армию в мире: маги в связке с воинами.
— А что мешало какому-нибудь правителю создать такую армию? — поинтересовалась Кармина, несколько успокоенная объяснением подруги.
— Полагаю, малочисленность магов. Какому правителю захочется, чтобы его армия состояла из двухсот человек!.. К тому же, это очень хлопотно — содержать в одном месте много магов. Они, как правило, люди капризные, неуживчивые и с дурным характером. Попробуй, сладь с такими!
Кармина про себя сравнила описание магов с самой Дженной и пришла к выводу, что оно подходит к ней как нельзя лучше. Еще она, правда, добавила бы «с непомерной гордостью и ослиным упрямством».
— А я слышала, что есть место, где маги крайне дисциплинированы, — сказала Кармина и густо покраснела, подставив лицо ветру, чтобы согнать с лица краску. Предполагалось ведь, что она — девушка из приличной набожной семьи, и ведать не ведает про такие обычаи дальних мест.
— Ну да, — невозмутимо ответила Дженна. — В Рабаде, где же еще! Их там так учат и воспитывают, что впору удивиться, почему хваленое Черное войско еще не захватило весь Роналор!
— Как ты можешь так спокойно говорить о наших врагах! — возмутилась Кармина.
— Мне лично они ничего плохого не сделали, — усмехнулась Дженна. — Тогда как рыцари твоего папочки чуть было меня не убили. Хорошо хоть, мне вовремя удалось вспомнить эти их заветы, не то мерзнуть сейчас моим косточкам глубоко под землей.
Кармина опустила голову и машинально пригладила гриву Пегаса. В который раз она остро осознала, что совершает чуть ли не преступление, общаясь с высокородной ведьмой. Все-таки авантюрный склад характера ее к добру не приведет!
Правильно ли она делает, столь скоро связывая себя узами дружбы с Дженной? Может, следовало бы выдать ее первым же попавшимся стражникам, хотя бы и в том же Керпенси?
Не стоило также забывать, что Дженна жила в доме ее любимого, Экроланда, и имела все шансы привязать рыцаря к себе.
Кармина вдруг подумала: а сумели бы эти самые стражники справиться с колдуньей? Из того, что она видела, можно было делать смелый вывод: Дженна легко ее одолеет. Те заклинания, к которым она прибегает во время своего колдовства, слишком сильны, слишком опасны. Она вдруг вспомнила, как отец, лорд Улин, рассказывал про пленение Дженнайи. Как она защищалась и почти выстояла в магическом поединке против двух священников!
А потом Кармину посетило раскаяние. Если бы не Дженна, то ее Пегас, возможно, не сумел бы дотянуть хозяйку даже до моста, не говоря уж об обжитых местах! И в который раз Кармина пообещала себе быть снисходительной и доброй к Дженне.
Дженна и не подозревала о чувствах, обуревавших ее спутницу. Если кратко описать то, что чувствовала она сама, то это можно было бы выразить одним словом: обида. Она была обижена на своих родителей за то, что они наградили ее столь опасным даром. Она обиделась на деревню, в которой ее и других ведьм столь легко выдали и даже не попытались защитить. Затаила она обиду и на Экроланда за то, что он запер ее в четырех стенах. А ведь она помнила, как некогда танцевала в королевском дворце в Силвердале, и как тьма поклонников почитали за честь, если она удостаивала их взглядом!
Но пуще всего была ее обида на Аткаса. Она узнала, что это он привел рыцарей в Олинт, то есть был косвенным виновником всех горестных событий. А еще она чувствовала себя униженной от того, что была в Медовых Лужайках практически наравне с этим мелким воришкой. Ведь обоих Экроланд буквально спас: парня от голодной смерти, ее просто от смерти… И относился рыцарь к ней также ровно, как к нему. Он просто облагодетельствовал ее, даже не спрашивая, а нужно ли это ей?
В последнее время она стала тяготиться ролью примерной домохозяйки и с грустью вспоминала те восхитительные месяцы в Олинте, когда мудрые женщины учили ее запретному волшебству. Керк и Гейла боялись и избегали Дженну и ничуть не препятствовали ей, когда она стала все чаще и чаще проводить время среди ведьм.
Такие мысли витали у нее в голове, когда они подъехали к Эстоку.
Печальное же зрелище представляла собой деревня!… В ней было пусто и тихо. Не лаяли собаки, не слышно было шума голосов, трубы на крышах не дымились. И запах вокруг был особый, лесной. В обжитой деревне пахнет совсем не так.
— Ишь, как резво все разбежались, — сказала Кармина, спрыгивая с Пегаса и ногой отшвыривая в сторону ведро, оставленное посреди улицы.
Дженна не спешила покинуть седло, она тревожно оглядывалась и глубоко втягивала ноздрями воздух.
— Я чувствую вокруг нечто странное, но не могу описать это словами, — наконец сказала она. Казалось, все вокруг выглядит мирным и спокойным, но в ней крепла уверенность, что здесь есть какой-то непорядок. Когда она попыталась осмотреться вокруг с помощью Зрения, словно серая пелена застлала ей глаза.
