А еще она оказалась весьма обеспеченной особой, если судить по тем платьям, которые Дженне раздобыла Эста в первые же дни ее пребывания в Медовых Лужайках. Шелк, атлас и бархат были усыпаны драгоценными камнями, редко на каком платье отсутствовала искусная золотая или серебряная вышивка, а уж качество кружев было бесподобным. Дюжинам швей приходилось, верно, годами работать дни и ночи напролет, чтобы сшить такие великолепные платья. И вряд ли Экроланд, при всех его богатствах, мог позволить себе столь щедрые наряды для неведомой женщины.
Но вот что стряслось с этой великолепной дамой, оставалось полной загадкой.
В саду уже шныряли местные мальчишки, споро сгребая граблями пожухлые листья. Престон самолично подбрасывал их в дымящийся костер, вызывая к жизни яркие всполохи пламени.
Как ни странно, но рядом стояла госпожа Сакара, укутанная в меховой полушубок. Она смотрела в огонь, а на ее лице играла печальная улыбка.
Когда подошла Дженнайя, она тихо молвила:
— Хозяйке бы это пришлось по душе.
Дженнайя мигом напустила на лицо равнодушное выражение и как можно небрежнее сказала:
— Да, парку необходимы рабочие руки.
Госпожа Сакара заглянула в ее лицо и ни с того, ни с сего сказала:
— Кажется, вы с ней похожи. Не берусь судить… Но у нее тоже были чудные зеленые глаза…
— У кого? — рискнула задать вопрос Дженна, опуская ресницы и делая вид, что рассматривает свои ботинки.
— У хозяйки. У госпожи Гурд, — криво усмехнулась старуха. — А ты шастаешь здесь, вынюхиваешь… Думаешь, я не замечаю? Всполошила вон весь дом. Да и в душу сэра Эри норовишь залезть. Нам всем будет лучше, если ты уедешь прочь. Не следует будить тени прошлых лет. Я хочу сэру Эри только добра, и ты точно не та особа, которая может его принести.
Дженна слегка нахмурила брови. Она не совсем поняла, в настроении ли госпожа Сакара отвечать на ее вопросы, но все же спросила:
— Он был женат, да?
— Если браки и заключаются на небесах, то здесь совершенно не тот случай, — невпопад ответила та. — На первый взгляд казалось, что они идеально подходят друг другу, но я скажу тебе, что большее заблуждение еще стоит поискать. Мне посчастливилось быть ее нянькой, а потому я знала ее как облупленную. Поверь, она была совсем не ангелом, как думалось сэру Эри… Недолго думалось, скажу я тебе.
— А как ее звали?
Внезапно госпожа Сакара словно очнулась и со злобой посмотрела на девушку. Руки в старческих пятнах сжались в кулачки. Она приблизила лицо к Дженне и с пылом выплюнула:
— Незачем тебе совать свой нос в то, что давно забыто и быльем поросло! Было и было… И нечего об этом вспоминать. И сэра Эри не вздумай выспрашивать, нечего ему старые раны бередить. Одного твоего присутствия хватает… А чтобы ты по дому не лазила и, не дай боги, не попала бы в ловушки, я тебе прямо скажу: запертая дверь ведет в комнату хозяйки, и ничего интересного там нет, понятно тебе? Ничегошеньки. Просто кое-какие ее старые вещи. Вот так-то вот!
Дженна повернулась было, собираясь идти на подмогу мальчишкам, как госпожа Сакара глухо сказала ей в спину:
— Уезжай, прошу тебя!
Дженна подхватила грабли и, водя ими по стылой земле, думала, как одинока госпожа Сакара, если решается столь многое раскрыть девушке, к которой не питает ни капельки дружеского расположения.
Зато кое-что начинает проясняться.
Но совершенно непонятно, почему госпожа Сакара напустила столько туману вокруг жены Экроланда. Скорее всего, бедняжка умерла от какой-нибудь болезни, быть может, даже нехорошей, и с тех пор рыцарь пребывает в одиночестве…
***
До города отряд доехал безо всяких происшествий. В Вусэнте небольшой отряд разделился: Слэму потребовалось зайти в храм Майринды, располагавшийся за городской стеной, Экроланд заявил, что хочет выпить вина в таверне перед тем, как отправляться в Медовые Лужайки, и Аткас оказался предоставлен сам себе.
Перед его внутренним взором возникло хорошенькое личико любимой. Она хмурила бровки и кривила губы. «Забыл о своем обещании, — четко услышал Аткас, точно Цила находилась рядом. — Не любит он меня!» Аткас мигом вспомнил, что хотел подарить своей милой колечко перед свадьбой.
Расспросив прохожих, он узнал, что недорогая ювелирная лавка находится неподалеку, через два квартала. Оставить Солемну в платной конюшне не составило большого труда и, насвистывая, юноша направил стопы к лавке, бережно прижимая кошель с монетками, которых ему щедро насыпал Экроланд за поход в подгорный город. И ни словечком не обмолвился про грешки своего оруженосца! Золотой у него хозяин.
Аткас чувствовал, что окончательно освоился в Вусэнте. Он привык к шумным и широким улицам, обилию людей на тротуарах, постоянным заторам повозок и карет. Ему даже удавалось не слишком часто глазеть на проходивших мимо красивых девушек, да и великолепные дома богачей уже не привлекали столько внимания, как поначалу.
