– Зато у меня фургон есть, – улыбнулся Санти. – Думал свою труппу собрать, да молод я больно. Может, объединимся?
– Буду рад... – удивленно глянул на него Джако, на такое везение он никак не рассчитывал.
– А реквизит подкупить можно, немного деньжат имеется.
– Да и у нас кое‑что найдется, – согласился человек‑гора. – Прошлый сезон на удивление неплохим выдался.
– Вот и хорошо, – снова улыбнулся Санти.
Удачу следовало хватать за хвост сразу. Лучше и не придумать, чем в знакомой труппе оказаться. Не все, конечно, знакомы, но и одного Джако за глаза хватит. С остальными познакомится со временем. Циркачи жили дружно, иначе проклятым Церковью людям никак нельзя, и так проходу не дают. Вспомнив о проклятии, Санти дал себе слово поговорить с отцом Теларином о снятии анафемы со скоморохов. Но сперва нужно в той же Церкви порядок навести. Ох, Единый, столько всего сделать нужно, слов нет. Где только время и силы взять? Он поежился. А деваться некуда – император. Стисни зубы и делай. И никому не смей показывать своей слабости, как бы плохо тебе ни было.
– Знакомься, – прогудел Джако, показывая на красивую, миниатюрную женщину с роскошными черными волосами и взглядом опытной стервы. Зеленые глаза взирали на мир с дерзкой насмешкой, как бы говоря: «Вот она я! Такая, как есть. Хотите, принимайте. Не хотите – идите к гмырху под хвост, мне и без вас хорошо». – Это Делия, канатоходец и воздушный акробат.
– Приветствую, сударыня, – поклонился Санти.
– А за «сударыню» можно и по морде схлопотать... – заметила она, с чисто женским интересом оглядывая атлетическую фигуру парня.
– Ты поберегись! – расхохотался гигант. – Делия у нас сердцеедка знатная, многих охомутала.
– Джако! – возмутилась акробатка. – Что за свинство?! Я в твои личные дела не лезу, и ты в мои не лезь!
– Да разве я лезу? – весело хмыкнул тот. – Я парня просто предупреждаю, чтобы поосторожнее с тобой был.
– Я сама разберусь, кому со мной поосторожнее быть, а кому и нет, – недовольно буркнула Делия. – Ты, малый, из труппы Балдура, говоришь? Знала я его.
– Ага, – кивнул Санти. – Только труппы больше нет. Мне недавно по случаю фургон неплохой достался, вот и решил к вам присоединиться, как раз сезон скоро.
– Война... – вздохнула женщина. – До сезона ли теперь?
– Закончится когда‑нибудь, – отмахнулся рыжий. – Понятно, к святошам соваться не след, сразу на костер спровадят.
– Там поглядим, – пессимистично пожала плечами Делия.
– А меня Риком кличут, – представился сидящий напротив худой парень. – Жонглер я.
– Кин и Алька, – снова заговорил Джако, показывая на очень похожих друг на друга юношу с девушкой, – дрессировщики, акробаты, наездники. Ну, и на подхвате. Брат с сестрой, из старой цирковой семьи. А теперь говорю для всех! Санти у нас паяцем и вторым жонглером будет.
– Фокусника бы нам еще... – задумчиво сказал рыжий. – Да только где ж его хорошего взять?
– Да, с тех пор, как от нас Чауз ушел, мы без фокусника, – вздохнул Джако. – Прав ты, мало толковых. Кстати, народ, на ближайшей торговой площади ни одной труппы пока нет. Может, выступим? Хоть какую деньгу заработаем.
– Факелами жонглируешь? – деловито спросил Санти у Рика.
– Угу.
– Давай покидаем со сменой рисунка. Как темнеть начнет, красиво получится. Народ визжит от такого.
– Мысль! – согласился Рик, окинув заинтересованным взглядом довольно ухмыляющегося рыжего.
Скоморохи расплатились и вышли на улицу. Начинало темнеть, но людей не стало меньше, наоборот, толпа была настолько густой, что они едва прорывались сквозь нее, стараясь не упускать друг друга из виду. Так ведь и потеряться недолго. А как потом искать? Столица огромна, найти кого‑нибудь, если не знаешь, где он может оказаться, невозможно.
Впереди показалась торговая площадь. Гам на ней стоял страшный, торговцы перекрикивали друг друга, спорили с покупателями, пытающимися сбить вспрыгнувшие до потолка цены. В углу Санти заметил невысокий помост, на котором обычно выступали скоморохи. Прав Джако, на нем никого нет. Рыжий пребывал в приятном возбуждении – давно не выступал, очень давно. А хотелось. Всегда хотелось.
– Уважаемый господин офицер, – Джако поклонился стоящему неподалеку стражнику в сером с серебром плаще императорской стражи. – Мы скоморохи...
– Выступать будете? – перебил его тот. – Кстати, очень даже кстати. Народу чем‑то поразвлечься надо, а то только и знают, что друг друга пугать. Будку вон видишь?
– Да.
– Подойди, уплати старосте базара два тархема и выступай сколько влезет. Налог – десятина со сбора. Тому же старосте отдашь, он здесь всю ночь.
– Благодарю вас, уважаемый! – снова низко поклонился Джако. Отправив остальных готовиться к представлению, гигант пробрался к будке и заплатил за аренду.
Увидев появившихся на помосте скоморохов, люди сбились вокруг – несколько дней циркачи не появлялись на этой площади. А посмеяться и поглазеть на канатоходцев зеваки были совсем не прочь.
