– А пошел этот Кагал на хрен! – отмахнулся череп. – Достали своими склоками постоянными, грызутся и грызутся, никак неубитого медведя не поделят. Напрямую с егерями лучше договариваться. Могу взять это на себя, многие черепа полков с радостью помогут.
– Буду благодарен, – усмехнулся горный мастер. – Но говорить с Кагалом все же придется. Император вскоре пришлет посла.
– Тогда пусть лучше Храта присылает, ему Кагал ни в чем не откажет, они перед парнем благоговеют. Хорошего вы бойца воспитали, слов нет, насколько хорошего.
– Егеря, которых в последнее время в ученики взяли, со временем не хуже станут, – пожал плечами Артин. – Их уже гоняют почем зря.
– Это еще когда случится, – проворчал Горт, спрятав, наконец, топор в чехол. – А Храт все равно останется первым. Жезл Чести за последние полсотни лет еще никому, кроме него, не вручали.
– Я передам его величеству твое мнение, – кивнул горный мастер. – Думаю, он прислушается. Толковый мужик нам в императоры достался, ничего не скажу. А кузнец он какой!
– Завидую… – проворчал череп. – Нам давно надоели старейшины, тянущие каждый в свою сторону. Пора своего императора на престол возводить. Пусть лучше один волк во главе будет, чем целая стая шакалов.
– Это уж вам решать, – ухмыльнулся Артин. – Тебя с ребятами сейчас домой отправлять?
– Ага. Надо еще отдохнуть чуток, сегодня днем мне в Кагале отчитываться. Скоро на границу, слава Создателю Миров. Не люблю в столице служить, скучно. Да и противно со всеми этими интригами дело иметь.
– Прекрасно тебя понимаю, сам такой же. Раст, ты как?
– Сейчас, – недовольно пробурчал маг, подходя к ним. – Дай хоть отдышаться, умаялся я.
Но вскоре орки все же исчезли в туманном облачке. Тайка с интересом проводила их взглядом, она чувствовала себя усталой, но очень довольной. Девушка все-таки доказала этим воинам-демонам, что не просто балласт, а тоже кое-что может. Она бросила взгляд на Энета и удивленно вскинула брови – юноша снова уткнулся в книгу. Нет, один в один их старый шаман, ничем не отличается. Только что молод и привлекателен. Тайка не знала, что поводу привлекательности графа с ней не согласится ни одна тарсидарская девица благородных кровей. Но надо бы выполнить обещанное, охотница только при свете дня поняла, где находится овраг. Совсем рядом с последним стойбищем Белок, пробежаться недолго и там окажутся. Она подошла к Энету и рассказала ему о том. Юноша весь вскинулся.
– Артин, – подошел он к командиру. – Отпусти, а? Мы быстро.
Тот тяжело вздохнул. И что ты будешь делать с этим сумасшедшим книжником?
– Я с ними смотаюсь, прикрою, – рассмеялся случившийся рядом Санти. – Лучше отпусти, а то он ведь никому покоя не даст. Плешь проест.
– А по шее? – приподнял левую бровь Энет. – Могу и дать.
– Это еще вопрос, кто кому даст, – хмыкнул скоморох, иронично поглядывая на друга.
– Ладно уж, обормоты, идите, – обреченно махнул рукой командир. – Только смотрите мне там, попадетесь святошам, выдеру. Всех троих!
– Не хватало только! – фыркнул рыжий. – Пусть сперва попробуют поймать.
– Да были бы вы вдвоем, я бы и не беспокоился, но с вами девушка. Она воздушной акробатикой не владеет.
– Вытащим, – отмахнулся Энет, приплясывая в предвкушении, скорое попадание в руки предсмертных рукописей карвенского философа Делията возбуждало юношу донельзя.
Бежали быстро, деревья сливались в туманную полосу. На удивление, Тайка не отставала от горных мастеров, даже смеялась на бегу, что не могло не удивлять. Впрочем, дикарка-охотница, для которой выносливость ног означала выживание. Дорога взяла около получаса, Энет первым заметил полусгнившие, сливающиеся с кустами травяные шалаши и остановился. Оглянулся на девушку и замер. По щекам Тайки стекали слезы, она с такой тоской смотрели на остатки стойбища, что захотелось прижать бедняжку к себе и утешить. Здесь ведь погибли все ее родные. Он сочувственно посмотрел на девушку, застывшую у пологого холмика, в котором угадывалась могила.
– Идем, – голос Тайки был тихим и дрожащим. – Шамана я зарыла дальше.
Еще несколько холмиков обнаружилось между деревьями. А затем Энет увидел настоящее капище с грубо вырезанным деревянным идолом. Девушка низко поклонилась этому идолу, что-то неслышно шепча. Положила перед ним несколько отрезанных вражеских ушей, заранее озаботилась, наверное. Когда и успела-то? Как-будто бы и не приближалась к месту боя, на дереве с луком сидела. Поговорив с богом племени, Тайка в который раз поклонилась и направилась в большому дубу с морщинистой корой. Он оказался весь покрыт дуплами, в одно из которых девушка и запустила руку. Немного порывшись, она достала кожаный сверток. Вздохнула и протянула его Энету. Юноша дрожащими руками развернул его и замер. Перед ним оказались исписанные плотным мелким почерком листы плохо выделанного пергамента из оленьей кожи. Энет попробовал разобрать написанное и вздрогнул. По-карвенски. «О смысле бытия», писания Делията Изартана Этаронского, искание, испытание и суть, выделенные в тезисы.
