ДОН-4! Дивизия особого назначения, ее передислокация в какой-то район означает подготовку к введению там чрезвычайного положения. Гирман предлагает действовать незаконными методами – возможно, для того, чтобы вызвать взрыв недовольства даже у тех, кто на сей момент лоялен власти. Если предположить, что то, что готовят британцы, представляет собой взрывчатку – то не будет ли как раз эта самая ДОН-4 той искрой, что взорвет ситуацию. Предположим, что происходит нечто и как раз в этот самый момент в этом же месте оказывается одна из самых подготовленных боевых единиц жандармского корпуса. В то, что это случайность, никто не поверит…
Бейрут!!!
Стоп, стоп, стоп…
Ну, хорошо… Допустим, это будет Бейрут. Какая выгода для британцев в том, что в месте непонятного пока инцидента окажется особо подготовленная дивизия жандармского корпуса. Чего хотят британцы – чтобы мятеж был быстро подавлен? Не может быть.
Может, это провокация? Может, мятеж будет спровоцирован именно Путиловым, возможно, и Гирманом как раз для того, чтобы его быстро подавить? Какая им в этом выгода? Да никакой! Приказ на передислокацию ДОН-4 отдавал он, Цакая, – значит, и лавры подавителя мятежа достанутся ему. Он проявил мудрость и предвидение, вовремя принял решение на передислокацию в район будущего мятежа отборной дивизии, и это решение оказалось на сто процентов правильным. Так они его не скинут с места, наоборот – возвысят! Нет, что-то не то. Единственный вариант, при котором игра имеет смысл, – если окажется, что передислокация ДОН-4 была тяжелейшей ошибкой, за которую кто-то должен ответить…
Не хватало информации. Было что-то еще, какой-то кусочек мозаики, которого не было. И это не давало возможности увидеть всю картину целиком…
Цакая пошевелился в кресле, достал из внутреннего кармана пиджака телефон спецсвязи – он был примерно в полтора раза больше обычного мобильного и помимо работы в обычной сети позволял выходить на закрытую, так называемую «транковую» связь. Подержал в руке, будто задумавшись, потом по памяти набрал нужный номер.
Ответили по набранному номеру мгновенно.
– Павел Порфирьевич… Анализ возможных целей для удара готов? Хорошо, через час в министерстве. У вас, не у меня…
Час ночи. Время воров, время убийц, время теней на улицах. Время тайных дел.
Британец посмотрел на часы. Времени прошло уже достаточно, свет в квартире, за которой он наблюдал, погас больше часа назад. Вполне достаточно времени, чтобы заснуть. Мертвецким сном.
– Пошли!
Из машины они вышли одновременно, хлопнули дверьми. Британец шел первым, Мехмет вторым, еще двое подручных – мелкие бандиты из арабских кварталов – держались в хвосте. Перед дверью британец порылся в кармане, нашел ключ – электронный, представлявший собой небольшой чип на удобной пластиковой карточке, поднес его к замку. Через секунду механизм массивной двери сработал, раздался короткий музыкальный аккорд – путь был открыт. Повезло – в роскошно обставленном холле не было ни единой души. Мехмет обернулся – за ними никто не шел. Друг за другом налетчики быстро прошли к лифту.
Вот и дверь. Знакомая стальная дверь, без номера на ней и с надежнейшим швейцарским сейфовым четырехточечным замком. Перед дверью – вязаный коврик со смешным желтым утенком на нем.
Сноу достал из кармана увесистый кожаный футляр, раскрыл его и достал длинный круглый, со сложной нарезкой, сейфовый ключ. С замиранием сердца – а вдруг дверь заблокирована изнутри – вставил его в замочную скважину, надавил – ключ неожиданно легко провернулся. Кто-то положил руку на плечо, оглянулся – Мехмет. Тот с улыбкой показал британцу на место рядом с лифтом – смысла входить в квартиру британцу не было. Все трое налетчиков достали оружие – у Мехмета была короткая, но очень тяжелая стальная цепь, у одного из бандитов – пистолет, стреляющий резиновыми пулями, у второго – настоящий, хотя и дешевый револьвер.
