Шеренги боевых пловцов – на всех уже не форма, а стандартные гидрокостюмы – выстраиваются у одного из пирсов. Шеренга за шеренгой стоят «люди-лягушки», «акулы» – у них много названий. Это современные «тридцать три богатыря» из сказки Пушкина, только их не тридцать три, прошли те времена, когда диверсионная служба на флоте была чем-то вроде пасынка. Десятками тренировок и учений они доказали, что могут вывести из строя эсминец, крейсер и даже авианосец противника, когда тот совсем этого не ожидает. Не в бою, а тайно, хирургическим ударом из-под воды. Авианосец по сравнению с подкрадывающимся к нему под водой боевым пловцом – что слон против комара. Но если комар является переносчиком энцефалита (или большой магнитной мины) – слону настанет конец и он ничего не сможет с этим поделать. И поэтому сейчас их было не тридцать три и даже не триста тридцать три – их было больше. Намного.
– Господа офицеры!
В подразделении нет тех, кто призывается на три года, минимальный срок контракта – десять полных лет. После этих десяти лет – стандартная флотская пенсия, год выслуги в этом подразделении идет за два, по выслуге можно выбирать себе место в более спокойном подразделении и там и служить и получать пенсию одновременно. Есть и контракты на двадцать лет, пенсия по выслуге двадцати лет мало уступит адмиральской. Самый младший по званию в этом строю – мичман.
Перед строем выходит каперанг Зубастый, их командир уже без малого пять лет. Он единственный в этом строю одет по полной форме, но все знают – он один из них, совсем недавно он стоял в этом же строю, рядом с ними. И поэтому верят каждому его слову безоговорочно.
– Господа!
Зычный, непривычный для боевого пловца голос глушится влажным морским воздухом, но его слышат все, даже те, кто стоит в последних рядах.
– Похоже, что нам предстоит несколько веселых деньков – британцы решили помериться с нами силами!
Каперанг Зубастый говорит совсем не по-уставному, просто и с едкой иронией, в говоре слышится что-то одесское.
– Сегодня произошло нападение на порт Бейрут, в городе идут боестолкновения. Атакован объект в Искендеруне – атомная станция. Возможно, готовятся диверсии на основных базах Черноморского флота. Угадайте, кому с этим дерьмом приказано разобраться?
– «Акулам»! – в едином порыве выдыхает строй.
– Так точно! Нам, черноморским «акулам»! Нам приказано освободить Искендерун, навести порядок в Бейруте и потопить к чертовой матери всю британскую эскадру, если та вдруг заблудится и припрется сюда! И еще нам приказано наладить противодиверсионное обеспечение всех основных военно-морских баз! Работы много. Нам помогут, но мы должны, как и всегда, рассчитывать только на свои силы. Справимся?
– Так точно! – Ни у кого нет ни капли сомнений, каждый – словно выкованный из закаленной стали клинок. Убийственно острое, готовое разить врага лезвие.
– Командирам групп ко мне! Остальным – десять минут на личные дела, и выступаем!
Вертолетная площадка была расположена в самой глубине острова, почти по центру. Несколько выстроившихся в ряд ангаров, больше двадцати, бетонные, выжженные солнцем дорожки. Несколько небольших, составленных вместе контейнерного типа зданий с антеннами – «вышка» управления полетами, здесь она примитивная. Короткая, чуть больше километра бетонная полоса – для тактического фронтового транспортника в самый раз. Еще несколько навесов для личного состава – чтобы в ожидании парашютных прыжков не жариться на солнце, солнце в этих краях такое, что солнечный удар запросто получить можно. Идеальная чистота – каждый день здесь убираются. Не дай бог, посторонний предмет попадет в воздухозаборник вертолета. Хоть вероятность этого и составляет сотые доли процента – а все равно приборка проводится ежедневно. Таков флот.
Сейчас на вертолетной площадке царило оживление. Из ангаров вытащили здоровенные гирлянды ламп на подставках, подключили к кабелям, и сейчас они заливали ВПП базы белым, режущим глаза светом. Небольшой трактор, служащий здесь в качестве тягача, один за другим вытащил на залитую светом бетонку шесть больших, массивных вертолетов модели «Сикорский-89 С». Сейчас около каждого из них копошилась команда техников, в последний раз проверяя и перепроверяя все механизмы могучих стальных птиц…
