| They would have a little house within sight of the sea, and he would watch the mighty ships passing to the lands he would never know. | У них будет маленький домик у самого моря; сев у окна, он сможет смотреть на проходящие корабли - они поплывут в те страны, куда ему уже никогда не попасть. |
| Perhaps that was the wisest thing. | А вдруг в этом-то и есть высшая мудрость? |
| Cronshaw had told him that the facts of life mattered nothing to him who by the power of fancy held in fee the twin realms of space and time. | Кроншоу говорил, что счастлив тот, кто силой воображения подчиняет своей власти державных близнецов - пространство и время. |
| It was true. | И он прав. |
| Forever wilt thou love and she be fair! | "Навек твоя любовь, навек ее краса". |
| His wedding present to his wife would be all his high hopes. | Свадебным подарком жене будут все его возвышенные мечты. |
| Self-sacrifice! | Да, он принесет себя в жертву. |
| Philip was uplifted by its beauty, and all through the evening he thought of it. | Филип был упоен красотой своего подвига и думал о нем весь вечер. |
| He was so excited that he could not read. | Он так разволновался, что не смог читать. |
| He seemed to be driven out of his rooms into the streets, and he walked up and down Birdcage Walk, his heart throbbing with joy. He could hardly bear his impatience. | Его потянуло из дома на улицу, и он зашагал по Бэрдкейдж-уок; на сердце у него было радостно, он был вне себя от нетерпения. |
| He wanted to see Sally's happiness when he made her his offer, and if it had not been so late he would have gone to her there and then. | Ему хотелось поскорее увидеть, какое счастливое лицо будет у Салли, когда она услышит предложение; если бы не было так поздно, он побежал бы к ней не мешкая. |
| He pictured to himself the long evenings he would spend with Sally in the cosy sitting-room, the blinds undrawn so that they could watch the sea; he with his books, while she bent over her work, and the shaded lamp made her sweet face more fair. | Он рисовал себе долгие вечера, которые они будут просиживать с ней в уютной гостиной -шторы они не опустят, чтобы можно было видеть море,- он с книгой, она с шитьем в руках; тень от абажура сделает ее милое лицо еще красивее. |
| They would talk over the growing child, and when she turned her eyes to his there was in them the light of love. | Они вместе будут растить своего ребенка, а когда ее глаза встретятся с его глазами, он увидит в них сияние любви. |
| And the fishermen and their wives who were his patients would come to feel a great affection for them, and they in their turn would enter into the pleasures and pains of those simple lives. | Рыбаки с их женами, которых он будет лечить, очень к ним привяжутся, а они с Салли в свою очередь разделят с этими простыми людьми их радости и горести. |
| But his thoughts returned to the son who would be his and hers. | Но мысли его все время возвращались к сыну -его ребенку и ее. |
| Already he felt in himself a passionate devotion to it. | Он уже чувствовал к этому ребенку страстную привязанность. |
| He thought of passing his hands over his little perfect limbs, he knew he would be beautiful; and he would make over to him all his dreams of a rich and varied life. | Мысленно он гладил его стройные ножки; он знал, что ребенок будет красивым; он передаст ему по наследству все свои мечты о богатой, бурной жизни. |
| And thinking over the long pilgrimage of his past he accepted it joyfully. | И, вспоминая долгий искус своей юности, он принимал его без сожаления. |
