Ноктис встал, обернулся и бросился искать хоть какой-нибудь контрольный пункт. Он закричал, активировал кристалл, призвал мечи и приказал им врезаться во все, что есть рядом. Грохот прошелся от перекрестка до дальнего угла. Лопнули где-то вывески, лязг чего-то железного резанул слух. И снова тишина воцарилась кругом.
Искать подмогу было бесполезно. Ноктис, опустошенный, вернулся назад. Стелла все так же безжизненно сидела у дерева, откинув голову назад, прекрасная в своей хрупкости.
Принц горько усмехнулся сам себе, медленно подошел к ней и сел рядом, спиной к стволу, так что их плечи соприкасались. Он тоже откинул голову назад, всматриваясь в безжалостное темное небо. На нем не было не звезды. Так и он теперь останется без Стеллы.
Девушка чуть пошевелилась, а потом положила голову к нему на плечо. Золотые витки волос упали на белоснежную шею, а длинные ресницы трогательно дрожали. Ноктису ничего не оставалось, как обнять ее.
Так они сидели некоторое время в молчании, которое и не требовало слов. Тихая печаль была вокруг: в разрушенных декорациях мертвого города, в призрачном облике тенебрайской принцессы, в невеселых мыслях наследного принца Нигильхайма.
— Я желаю вам счастья, — вдруг заговорила она и приоткрыла глаза. Ноктис ответил ей долгим и по-странному внимательным взглядом.
— Вы хороший правитель. И… — тут боль снова отобразилась на лице Флерет, — Удивительный человек. Наверное, я любила вас, — закончила она тихо, но твердо.
Принц выглядел растерянным, что не помешало ему прикоснуться губами к виску девушки. Ее ресницы благодарно дрогнули.
— Наклонитесь… немного, — сказала она, чуть улыбаясь. Ноктис склонился к ней, чувствуя, как золотые волосы щекочут щеку.
Ее поцелуй был быстрым, скользящим, как будто случайным. Но что-то иное обожгло губы Селума, как и глаза.
— Поцелуй тенебрайской девушки приносит удачу… — как бы сквозь сон, прошептала она, — Удачу в любви.
Она как будто заснула, просто закрыла глаза, отрешенная от всего, что было вокруг. Стелла больше не приходила в себя, сколь бы осторожно ни пытался разбудить ее Ноктис.
Когда с фактом смерти стало бесполезно спорить, озлобление нашло на принца, отчаянное стремление вернуть утерянное. Казалось, он хочет разбудить мертвую. И злится потому, что она не просыпается.
Он сжал ее плечи, потряс, прижал ее тело к себе, вслушиваясь, пытаясь найти обман, какое-то притворство. Но тело в его руках было послушно, пальцы запутывались в мягких золотистых волосах, а перед глазами было только бескровное бледное лицо, почти спокойное, почти счастливое.
— Зачем вы оставили меня? Какого черта вы поступаете именно так? – зло прошептал он, обнимая Стеллу, чей покой для него был пока недостижим.
Эпилог
Тенебрая запросила мира практически сразу, как только последствия биологической катастрофы были устранены. Правительство Нигильхайма приняло капитуляцию, предварительно выбрав временного главу, действующего от лица верхушки власти, и замещающего монарха, упраздненного несколько дней назад.
Спустя неделю, во всех городах ввели парады, праздники, торжественные лозунги и награды военным, в качестве компенсации для беженцев, недовольных режимом и пострадавших в ходе конфликта.
Ноктиса Люциуса Селума придали публичному суду. Причем, велись ожесточенные споры, кто должен судить его – гражданский или военный суд? Выбор был сделан в пользу трибунала. Многие ожидали публичной казни совокупно публичному позору. Или хотя бы ослепления, как высшей меры наказания.
Его обвиняли:
— в помощи иностранным шпионам, а следовательно, в предательстве.
