Бремя Всеведущих (СИ) полностью

Подобная промывка мозгов длилась десятками лет, Ханнеле поддерживала Дэспертара и постоянно настаивала, чтобы Роукейс прислушался к его словам. И с каждым годом Роукейс проникался этой теорией, позволяя Дэспертару всё больше и больше: Сафари укрывал Халлинтоеллин, мешал полицейским в расследовании, уничтожал любые улики и намёки на его присутствие, делая всё, чтобы не рассекретить организацию раньше времени. Всё лишь усугубила новость о гибели Ханнеле: она погибла будучи изнасилованной бандитом, когда отправлялась за продуктами в магазин, а окончательно Сафари добило то, что бандита, которому наняли адвоката, признали невиновным в этом деле по причине отсутствующих необходимых улик указывающих на его причастность к убийству. Гибель любимой жены и первой любви омрачила разум Раакэля настолько, что тот полностью принял концепцию Дэспертара и неустанно ей следовал на протяжении всего оставшегося времени…

До момента попадания в поместье Коскиненых выполнял то, что ему укажет Дэспертар, но после того, как Сафари посадили под домашний арест, бывший шеф впервые почувствовал себя, как ни странно, свободным: он не чувствовал себя скованным ничем, на него отныне не влияло ничто и никто. Это позволило ему тщательно обдумать и поразмыслить над тем, что произошло в его жизни; свою лепту также внёс, как ни странно, Калеви, указавший Сафари промахи Роукейса и на факт манипуляций со стороны Дэспертара. Именно тогда Раакэль осознал всё…

— По крайней мере в одном я уверен точно — дочка осталась со своими мозгами. Надеюсь, она не повторит моих ошибок, — заключил бывший шеф. Даже сейчас он волнуется не за себя и за свою жизнь, а за судьбу своей шестилетней дочери, о которой позаботится няня, нанятая Раакэлем.

— Это… — у изумлённого Джейкла не было такого слова, которое бы описало всё то, что сейчас поведал Раакэль, — ужасно. Никто не заслуживает такой участи. Ты вообще ни в чём тогда не виновен, но…

— Видимо, чем-то я это заслужил, — печально улыбнулся Роукейс, посматривая в сторону мойки, кухонных приборов и инструментов для готовки.

На длительное время повисло затишье: Джейкл не решился перебивать эту тишину, но и Раакэль сказал всё, что хотел рассказать. Каждый думал о чём-то своём. Арканцеву не давало покоя одно — как Дэспертару удавалось столько скрываться? Его скрывал Раакэль, но Шаклз не может скрываться вечно — он должен был выходить на свет в чьём-то образе или под какой-то личиной, но под чей? Кто всё это время был Дэспертаром? С кем всё это время сотрудничал и укрывал Раакэль, да так, чтобы у агентов не возникло даже никаких подозрений?

У Джейкла было несколько теорий на этот счёт, но ни одну из них он не посчитает верной, пока не получит окончательного ответа. Он устал от всего этого спектакля и ему нужны были ответы прямо сейчас, а перед ним как раз сидит тот, кто знает эти ответы на все вопросы. Удастся ли реабилитировать Сафари после того, как всё это закончится? Ключевое слово — если закончится и если закончится на стороне спецслужб.

— Так кто такой этот Дэспертар? Раакэль, дай мне, пожалуйста, ответ на этот вопрос. Помоги нам; от того, что ты скажешь, решится судьба не просто Нирнвики — решится судьба мира. Надеюсь, понимаешь, о чём я?

— Пауки и ультиматуум, — вздыхает Роукейс. Его взгляд почему-то был упорно прикован к кухонной утвари. — Верно. Хорошо, Джейкл… Кто такой Дэспертар, да? — усмехнулся он. — Я скажу тебе так, Мэйнайо…

Он прокашлялся и откинулся на спинке стула в раздумьях, словно собирался с мыслями. Джейкл замер, ожидая, какая из его теорий подтвердится и подтвердится ли вообще.