«Как же мне весело. Да, мне весело и хорошо. Ха, ха, ха-а-а!» — продолжал он убеждать себя.
Уже как полчаса Мэйнайо сидел возле пылающего костра с приоткрытым ртом, пока его глаза были устремлены в никуда, а рука продолжала бренчать одну и ту же ноту с тем же неизменяемым интервалом. Он не чувствовал себя живым. То, что делало его живым, ушло от него, было жестоко убито у него на глазах. И ведь у него была иллюзорная возможность всё исправить, но её с абсолютной жестокостью забрали прямо в последний момент, оставив Мэйнайо в окружении трупов своих друзей, в кровавой и тёмной лаборатории. Ужасная картина.
Арканцев далеко не самый лучший человек с далеко не самыми лучшими поступками. Жестокий, циничный, мрачный агент — не самый лучший пример для подражания. Но, как и любое другое живое существо, он мог любить. Мог привязываться к другим людям. Он понимал, что если привяжется к какому-то человеку слишком, то если с ним что-то произойдёт, в первую очередь будет страдать именно Мэйнайо. Агент был очень чувствительным и ранимым, когда что-то угрожало его близким. Он понимал это. Но всё равно не мог ничего с собой поделать.
И самое главное: как ему дальше жить? Забавно, но он больше не представляет себе жизнь без определённых людей. Как он раньше мог без них жить, развиваться, строить планы на будущее?
Сейчас он так не может. Без озорного поведения Фидель, без дружелюбия Франца, без доброго сердца Мариэтты, без рассудительности Калеви. Он буквально вверил свою душу всем этим людям. Он мог без преувеличения и иронии назвать их людьми, которые стали ему ближе собственных родителей. Где бы он был без них всех? Ведь когда-то Фидель и Франц натурально дважды спасли ему жизнь в те моменты, когда его не могло спасти даже гипотетическое чудо. И куда их в итоге привела жизнь? Куда она привела Джейкла?..
Застывшая Фидель с недоразвитым ребёнком на руках, омертвелый Дэспертар, разделённая на две части Мариэтта, взорванный на тысячи кусочков Калеви — то, что ему снилось постоянно. И, скорее всего, будет сниться всю его дальнейшую жизнь.
Всё бессмысленно и бесполезно. После того, как отпуск кончится, ему определённо стоит вернуться к своей работе агентом. Но работа агентом подразумевает собой не только стрельбу, скрытые проникновения и маскарад — в первую очередь для агента важны коммуникативные навыки, умение вести диалог с людьми. А это у Джейкла атрофировалось ввиду его психической травмы на всю дальнейшую жизнь. И не стоит забывать о его должности Героя Нирнвики. Не исключена зависть среди своих сослуживцев. Не исключено то, что он теперь лакомая цель для любого преступника. Не исключено постоянное преследование его папарацци. У него даже фанаты свои появились, очень обеспокоенные состоянием своего кумира. Как ему дальше работать с таким возросшим грузом ответственности?
За всеми этими мыслями агент совершенно не заметил, как ближайшие заснеженные кусты к нему зашевелились. Или же заметил, но принципиально не обратил внимание: наверное, это какой-то местный зверь или же любитель горного спорта. В любом случае своей реакции он не показал, продолжая бренчать с приоткрытым ртом. В конце концов, кому он вообще сейчас нужен и кто его будет искать? Каждый занят своим делом.
Но шуршание повторилось ещё несколько раз. А ещё через несколько минут агент услышал, как нечто медленно и осторожно начало подходить к нему. Оторвавшись от своей "игры" агент нехотя повернулся в сторону звуков… и застыл на месте от удивления.
— Не возражаешь, если я подсяду рядом с тобой? Свободных мест, я так посмотрю, у тебя всё равно нет.
Джейкл увидел перед собой незнакомую, красивую девушку, облачённую в женские рыцарские доспехи с разрезами на теле. Высокий рост, стройная поджарая фигура, серо-красные волосы, втянутые нос и лоб, яркие бордовые глаза, слева на поясе висели ножны с красным магическим клинком. Своим видом она буквально излучала какое-то потустороннее величие и Джейкл сразу понял, что перед ним далеко не простая девушка. Он буквально чувствовал исходящую из неё мощь и силу. Только у одного существа он ощущал настолько настолько безграничные показатели могущества
Тем временем сама рыцарь подсела на единственное свободное сидение скамьи. На секунду она повернулась в сторону костра и четырёх сидений, пристально рассмотрев каждое из них, после чего развернулась обратно к Арканцеву.
— Я тебя знаю? — несколько грубо и сухо спросил её Мэйнайо, развернувшись к ней в ответ.
— Нет. Пока ещё нет, — дружелюбно улыбнулась ему рыцарь. — Нет нужды представляться, Джейкл — я знаю твоё имя, твою судьбу и твою правду, — поведала она, от чего Джейкл напрягся.
— Кто ты? — прищурился агент.
— Будем знакомы? Я — Аркана. Очень рада личной встрече с тобой. У меня есть к тебе один разговор…
***
В это же время. Подземные каменные залы.
