Принц обнаружился неподалеку в окружении нескольких десятков гвардейцев обеих оставшихся в Монтере рот. Капитан Ульмарк находился здесь же, а вот Репнин получил серьезные ранения и был унесен к лекарям. Маэстро Дюмуа оказывали помощь прямо на месте, причем одним из оказывающих эту самую помощь был маэстро д`Эферон, а маэстро Надаль стоял рядом, прижимая к окровавленной голове мокрую тряпицу.
Начальник Департамента безопасности поспешил к своему венценосному родственнику, а я подобрался поближе к месту основных событий, тем более что первые солдаты из отряда сержанта Гуэна уже спрыгивали с баррикады.
Все решилось буквально за десять минут - будучи окончательно прижатыми с трех сторон к разрушенному мосту, солдаты нугулемской армии начали массово сдаваться в плен.
Последним у основания моста с оружием в руках остался рейтарский офицер, тот самый, который первым вышел к мосту, потом руководил возведением временного перехода и возглавлял переправу на правый берег Солы.
- Виконт де Айяла не сдается девчонкам! - хрипел он в ответ на звучащие со всех сторон предложения сдаться и из последних сил отбивал атаки разъяренной Флоримель д'Астра.
- Может, пристрелить его от греха подальше? - завидев меня, Арчер задумчиво взвесил в руках заряженный мушкет.
- Хочешь испытать на себе ярость амазонки?
- Он все еще очень опасен, - не поддержал шутку эльф, - стоит ли так рисковать?
- Ты прав! Эй, виконт! - выйдя вперед, я бесцеремонно задвинул себе за спину разъяренную аллорийку. - Вы нам очень мешаете, и если сейчас же не сдадитесь, то умрете от такой неаристократичной мушкетной пули!
- А как же честный поединок, господа? - тяжело дыша, осведомился нугулемец.
- А нападать целой армией на беззащитный город - это честный поединок?
- Это война!
- Вот на этой самой войне вас сейчас и пристрелят.
- Что за день такой! - воскликнул Айяла, судорожно хватаясь левой рукой за перила моста, чтобы не упасть. - Погода отвратительная, победу украли, меня хочет убить девчонка, а убьет в конце концов эльф! Да гори оно все в геенне огненной! Я сдаюсь!
В одиннадцатом часу ночи мы с Бюэем и Коменжем в сопровождении двадцати гвардейцев Репнина и тридцати патрульных прибыли на угол Восточного тракта и улицы Трамбле.
Уже несколько часов моросил нудный мелкий дождь, а вот ветер к вечеру стих, благодаря чему удалось справиться с несколькими крупными пожарами. Город еще продолжал гореть в нескольких местах, в основном вдоль пути следования нугулемской армии, но эти небольшие очаги возгорания своим существованием были обязаны исключительно чрезмерной утомленности людей. Даст бог, огонь не распространится за ночь на соседние кварталы, а завтра передохнувшие монтерцы, да еще при помощи вернувшихся из-за реки женщин, детей и стариков, легко разберутся с остатками пожаров.
Глава городской стражи коротал минуты затишья у костра, разведенного под защитой каменной стены конюшни второго от угла дома. Выглядел он осунувшимся и постаревшим.
- Стар я уже для такого веселья, - пожаловался он, с кряхтением поднимаясь на ноги, - они там, с той стороны улицы Трамбле. Заняли два дома вместе с подворьями. Набилось их туда человек сто, прорваться к выходу из города не смогли, вот и тыкались во все щели, пока не сумели выбить местных из этих домов. Ну а там уж я подоспел со стражей, да с соседних кварталов горожане подтянулись - обложили их крепко. Но и легко взять их не получается, дерутся, как бешеные.
- Вернее, как прижатые к стене, - вставил слово Коменж.
- Канониры готовы? - поинтересовался я.
- Да, все готово, - кивнул головой Фризе.
- Нугулемцы побегут через заборы внутрь квартала, мы их не сможем удержать.
- Пусть бегут, в округе все крыши, все верхние этажи заняты стрелками. Будем гнать и уничтожать их на расстоянии. Хватит нам на сегодня жертв.
- Не думаю, что они побегут, - я вытянул над огнем озябшие руки, - прикажите пару раз пальнуть прямо по зданию, а потом выставьте белый флаг.
Почему-то у меня не было ни малейших сомнений в своей правоте. И действительно, как только у изрядно напуганного действиями нашей артиллерии противника появился шанс на переговоры, из окна второго этажа высунулась чья-то рука, размахивающая белым платком.
Навстречу нам с де Бюэем вышел маленький растрепанный человек, представившийся шевалье де Суэком. Правда, поначалу переговоры не задались, поскольку нугулемец сразу заявил, что сдача возможна только королю Филиппу или принцу Людовику.
- Скажите, граф, - подчеркнуто небрежно обратился я к Франсуа де Бюэю, - Его Величество наградит нас за плененного принца Роберта или за мертвого принца Роберта?
- Думаю, - подхватил мою игру граф, - Его Величество будет рад наградить нас в любом случае.
- В таком случае пойдемте, граф, пусть за нас говорят пушки.
Мы демонстративно развернулись и пошли прочь от опешившего шевалье Суэка.
- Но, господа, - он сделал еще одну попытку выторговать лучшие условия, - мы заберем с собой еще пару сотен жизней горожан! Мы будем драться до последнего!
