Окончательный же перелом в ход сражения внесло появление в Ремесленном квартале Монтеры маэстро д`Эферона.
Пьер д`Эферон ураганом ворвался из Сливового переулка на Вторую Ремесленную улицу и с ходу врубился во вражеские ряды. По всей видимости, весть о происходящем застала мастера фехтования прямо в тренировочном зале, так же, как и его учеников - не менее тридцати человек в белых рубашках и черных трико следовали за ним.
- Смерть канальям! Эферон идет! - огласил улицу его воинственный крик.
Возможно, бандиты Кривого Нэша и не знали, кто такой этот самый 'Эферон', который 'идет', но вид разъяренного человека, с убийственной эффективностью работающего сразу двумя клинками, несомненно, произвел на них неизгладимое впечатление.
Но это было еще не все. Фехтовальщики ввязались в драку, но поток людей, вытекающих из Сливового переулка, на этом не иссяк. За фехтовальщиками бежали какие-то незнакомые мне дворяне, купцы, приказчики, повара из какого-то заведения, несколько гвардейцев роты Репнина и больше десятка гвардейцев роты Ла Пуэля - их казармы расположены поблизости от усадьбы д`Эферона, промелькнуло несколько плащей королевских мушкетеров, и, чему я был особенно удивлен, на помощь к нам спешили монтерские стражники! Создавалось впечатление, что весь город бросился на выручку Патрулю!
Враг дрогнул и побежал. Разъяренные горожане преследовали, били, резали, кололи, брали в плен. В следующие полчаса все было окончено.
- Командир, - в дверь трактира просунулась растрепанная голова Ван Галена, - там один из пленных рвется поговорить с тобой. Утверждает, что у него есть важная информация.
- Логово Кривого? - моментально вскинулся я.
- Не говорит, - скорчил рожицу Ван Гален, - но очень не хочет попасть к ребятам де Бюэя. Так что?
- Веди, - я обреченно махнул рукой.
Победная эйфория прошла очень быстро - как только пришло время разбирать завалы и подсчитывать потери. Я потерял Рамиреса и Сен-Клера. Коменж буквально истек кровью, сейчас над ним колдуют лекари. Еще двое получили тяжелыми предметами по голове, и им тоже на пару дней прописали постельный режим. Погибли девять жителей нашей улицы, двадцать два бандита. Еще семеро умерших непонятно кто - то ли те же бандиты, то ли случайные прохожие.
Фло легко сбежала вниз по лестнице. Уже умытая и переодетая в чистое. Подошла сзади, приобняла меня за плечи.
- Мы победили! Тебе не в чем себя винить!
- Не знаю, Фло, не знаю, - я покачал головой, - люди платили мне деньги за безопасность, а я допустил резню на улице. Нужно было серьезнее относиться к угрозам.
- Кривой Нэш - это не твоя проблема, это проблема всей Монтеры. Не зря же король поручил заняться им де Бюэю!
- Теперь я должен сам им заняться! - устало произнес я, прижимая ее руку к губам. - Я должен это сделать. Погибли люди, которых я защищал! Погибли мои люди! Я не смогу спать спокойно, пока эта тварь жива!
- Мы достанем его! - поддержала меня амазонка.
В это время двери распахнулись и Ван Гален впихнул внутрь обещанного разбойника.
Лет тридцати двух - тридцати трех, среднего роста, среднего телосложения, соломенного цвета волосы, серые глаза, нос картошкой. Одет в темные штаны, грязно-белую рубашку, неопределенного цвета, местами засаленную, безрукавку. Обут во вполне исправные башмаки на деревянной подошве. Ничего запоминающегося, обычная городская беднота. И только в глазах плещется отчаяние.
- Сударь, умоляю вас, не отдавайте меня! - не дав толком себя разглядеть, мужчина рухнул на колени и сложил ладони лодочкой у груди. - Именем Господа нашего заклинаю, сударь, не отдавайте меня людям де Бюэя!
- Очень интересно, - я безразлично пожал плечами, показывая, что нисколько не тронут его мольбами, - чем же это ты так насолил графу?
- Сударь, у меня пятилетняя дочь, жена скончалась при родах. Мне нельзя попадаться в руки Департаменту, месье, дочка останется совсем одна! - и он очень резво пополз на коленях в мою сторону.
Нужно отдать должное Ван Галену - он оказался на высоте - прервал сей благородный порыв, вовремя ухватив бандита за ворот.
- Что же ты не подумал о своей дочери, милейший, когда шел сюда убивать меня и моих товарищей? - холодно осведомился я.
- Месье! Я маленький человек! Я работаю у воровского мастера Туршеля, а он уже под самим Нэшем работал. Кривой Нэш приказал Туршелю, а Туршель приказал нам. Отказаться нельзя, иначе - смерть.
- Ну вот видишь, - я позволил себе грубо усмехнуться, - если бы не пошел - смерть, а пошел - всего лишь в Департамент попал к графу де Бюэю. У нас милосерднее будет!
- Сударь, прошу вас, сударь! - снова взвыл разбойник. - Дочку продадут в халифат, если я в конце недели не внесу плату за комнату! Сударь, помилуйте, я ведь вор, на мне крови нет, а от графа де Бюэя возврата тоже нет!
- Что значит 'продадут в халифат'? Что еще за новости? - возмущенно воскликнула доселе помалкивавшая амазонка.
