Бабушка метнулась к двери, а навстречу ей из прихожей уже гремел голос плотника Грилле:
- Скажи мальчонке, чтобы помог мне с лодкой! Она на берегу. Каждая секунда дорога! И пусть захватит штормовой фонарь!
Тяжелые сапоги протопали по крыльцу и ушли во мрак и ветер.
- Миккель... Господи, да что же это?.. Ты слышал... запричитала бабушка. - Ничего не поделаешь, надо идти. Но в лодку садиться не смей!
Миккель уже обулся.
- Слышь, Миккель? От пристани - назад!.. Надо же, такое несчастье!..
Миккель кивнул. Пальтишко, шапка - готово.
- Смотри берегись... - причитала бабушка. - Вот, держи фонарь. И не забудь, что я сказала!
Миккель распахнул дверь, мокрый снег хлестнул его по лицу. Он ухватил фонарь покрепче и побежал к пристани.
"Миккель Миккельсон, - отдавалось у него в груди с каждым шагом, - вдруг... вдруг это "Три лилии"?!"
Свет от фонаря метался по сугробам. А вон и плотник нагнулся над лодкой, пыхтит, толкает.
- Берись! - крикнул он. - Поставь фонарь и приподними нос!
Миккель поставил фонарь и взялся за нос лодки. Старые доски заскрипели, лодка упрямилась, не хотела в море, но плотник приналег еще сильнее и заорал:
- Все равно пойдешь, деревяшка немазаная!
Миккель поднатужился.
- Ну-у, пошла!
Шр-р-р-р... Киль прочертил борозду на песке и водорослях и вошел в ледяную воду. Плотник плюнул через плечо.
Хоть бы не протекла! Шутка ли - такое дело! Он мигом достал весла.
- Ставь фонарь на корму! - крикнул плотник. - Пусть горит, чтобы знали: тут люди гребут, а не привидения!
Миг - и Миккель вместе с фонарем в лодке. Плотник Грилле согнулся вдвое, налегая на весла. Он и не подумал, что ему нужен только фонарь, а не фонарь и Миккель вместе. А на лодку уже обрушилась первая волна.
- Ветер северный! - гаркнул плотник, заглушая рев шторма. - Если поднатужится, снимет их с мели!
Миккель съежился на корме, пытаясь различить корабль сквозь мрак. Волны захлестывали палубу, рассыпаясь белыми брызгами. Корабль накренился, но не опасно. Неужели "Три лилии"?..
Ба-ам-м! Снова выстрел. Плотник греб, пыхтел, стонал, но греб. Вода капала с зюйдвестки на бороду.
- Стреляют, сигнал дают! - простонал он. - Видать, плохи их дела. А может, поджилки задрожали. Неженкам и кошкам лучше на берегу сидеть!
До корабля оставалось рукой подать.
- Эгей! - проревел плотник.
С палубы отозвались, не так громко:
- Эгей!
Вдруг с левого борта на лодку обрушилась волна, огромная, как дом. Фонарь погас.
Плотник закричал во мраке:
- Черпай, Миккель! Черпалка под задней банкой! Черпай, не то на дне будем! Ну как весло сломается?!
Мокрый, дрожащий от холода Миккель отыскал на ощупь черпак. Он стоял на коленях, на ребристой решетке, в ледяной воде. Первый черпак он выплеснул против ветра, и вся вода попала ему в лицо.
- Прямо на шхуну идем! - услышал он голос плотника. Господи, пронеси!.. Черпай, парень, беда!
Миккель черпал. Вот она, мель, и на мели корабль - могучий, высокий. Ух, как его бросает!
Порывистый ветер кренил судно, совсем рядом с черными тучами качались снасти, голые, как зимний дуб. Лодку несло на корабль. Теперь держись!
Миккель черпал и твердил про себя: "Господи, пронеси, господи..." Плотник греб как одержимый. Ему удалось развернуть лодку против ветра, и они прошли мимо корабля - так близко, что можно было веслом достать.
В тот же миг наверху, у поручней на корме, показался человек.
- Двадцать долларов - только свезите на берег! - крикнул он. - Ближе подходите, ближе, я прыгну! Живее, я спешу!
Лодку плотника и Миккеля несло к носу, но встречная волна отбросила их к корме.
И опять сверху донесся крик:
- Тридцать долларов! Пятьдесят! Скорее подходите, прыгаю!
- Да ты рехнулся, никак! - завопил плотник, еле живой от усталости. - Стой где стоишь, не то... Он и в самом деле прыгать хочет, шальная голова!
Северный ветер напирал все сильнее, корабль заскрипел и медленно развернулся. Новый шквал...
- Сто долларов! - заорал человек на корме.
Он держал под мышкой что-то черное, вроде чемоданчика, на поручни повесил штормовой фонарь.
- К левому борту, крабы сухопутные! - скомандовал он и полез через поручни, не выпуская чемоданчика. - Двести долларов, если свезете на берег, не замочив штанов!
В этот миг ветер ударил в борт сильнее прежнего, и корабль со скрежетом снялся с мели. Человек наверху качнулся назад и сел на палубу, а чемоданчик полетел прямо в лодку, ударился о скамейку и упал под ноги Миккелю, где плескалась вода. Корпус корабля, мачты, фонарь - все исчезло во мраке.
- Он... он обронил что-то!.. - крикнул Миккель.
- Черпай! - ответил плотник и развернул лодку против волны. - Дай бог до берега добраться! А тут еще полная лодка воды. Черпай, говорю!..
Миккель лег животом на скамейку и стал лихорадочно вычерпывать воду по ветру. Все остальное было забыто: дело шло о жизни и смерти. Медленно-медленно приближался берег и свет в окне постоялого двора. Казалось, прошло много часов, как они отчалили от пристани. Миккель черпал, плотник греб, весла скрипели.
Еще немного... еще - и они ушли от ветра за мыс. Опасность осталась позади.
