– Боюсь, не смогу объяснить, механик звонил, сообщил, что починит ее через две недели.
– Хорошо, – кивнула Нора, – вернее, плохо, завтра куплю тебе новую.
– Нет, спасибо.
– Почему?
– Я вполне способен обзавестись сам другим мотором, если захочу.
– Ну извини, если обидела, – сказала Нора. – На чем ездить будешь?
– На метро.
Хозяйка поджала губы, потом заявила:
– Если гордость не позволяет тебе принять подарок, тогда выполняй мой приказ – бери «Мерседес».
– Ни за что, – испугался я.
– Иван Павлович, – процедила Нора, – извольте подчиняться, напоминаю: вы являетесь моим секретарем.
Ну и как прикажете мне поступить?
– Тебе не кажется, – совсем иным тоном осведомилась Элеонора, – что в этой комнате неуютно?
– По-моему, как всегда.
– Нет, чего-то не хватает… Давно хотела купить красное кожаное кресло. Мне кажется, оно изумительно встанет у стены. И вообще, тут требуется осуществить перестановку, передвинуть стол…
Я постарался сдержать улыбку. Норе очень хочется походить на Ниро Вульфа, а у толстяка в кабинете стояло красное кожаное кресло. Просто смешно, до чего ребячливо порой ведет себя моя хозяйка.
Когда я шел по коридору, дверь комнаты открылась и домработница свистящим шепотом произнесла:
– Иван Павлович, подите сюда.
Я вошел в ее спальню и спросил:
– Вы заболели? Нос красный, и глаза припухли.
– Да плакала я.
– Что случилось?
– Иван Павлович, – затарахтела Лена, – вы же знаете, у меня никого, кроме вас и Норы, нет, какая-никакая, а все же семья.
– Я тоже считаю вас родственницей, – галантно ответил я. – Если обидел чем, извините.
– Лучше скажите, небось знаете, Элеонора меня уволить хочет?
– С чего вам такая глупость пришла в голову?
– Да уж, – буркнула Лена, – вступило в мозги. Сегодня она меня упрекнула, будто я плохо убираю, а вчера звонила в бюро по трудоустройству и просила прислать кухарку… Чем ей моя стряпня не угодила? Между прочим, третью повариху увольняет, воровки попадаются, а я никогда лишнего кусочка масла не съем. Вот скажите, на днях были плохие котлеты?
Я содрогнулся при воспоминании о странных комках непонятного состава, которые она предложила за обедом на второе, и бодро воскликнул:
– Изумительно вкусные биточки.
– Вот, а ей не по душе! – захныкала Лена.
Мне стало жаль бабу, она достаточно милая, но жуткая неумеха.
– Понимаете, Леночка, Нора теперь пытается изобразить из себя Ниро Вульфа, поэтому хочет нанять кого-то типа Фрица.
– Не понимаю…
Как мог, я постарался рассказать ей о гениальном сыщике и его окружении.
– И где у ней эти книжки стоят? – напряженным голосом поинтересовалась Лена.
– В кабинете, – ответил я и ушел спать.
Около одиннадцати утра я вновь вошел в квартиру Беаты и начал рыться на полках. Кассет оказалось немного, в основном мелодрамы и фильмы про любовь. Наконец под руку попалась одна кассета без названия, я всунул ее в старый видеоплеер и чуть не захлопал в ладоши. Вот оно! Беата и впрямь записывала сериал, чтобы насладиться им после работы.
– Что вы тут делаете? – раздался за спиной возмущенный голос.
От неожиданности я слишком резко повернулся и ударился головой о полку.
– Как вы вошли сюда? – настаивала женщина, стоявшая между кухней и комнатой.
– Открыл дверь ключом.
– Откуда он у вас? – наседала дама, нервно встряхивая ярко мелированной головой. – Отвечайте немедленно, а то милицию позову.
Но я уже пришел в себя и сам пошел в атаку:
– Интересное дело! Мне ключи дала Беата, а вот вы каким образом проникли на чужую жилплощадь?
– Ох и ни фига себе! – заорала бабенка. – Это моя квартира!
– Здесь жила Беата!
– Правильно.
– Тогда вы при чем?
– Так я владею жилплощадью, Беатка ее у меня снимала!
Я медленно сел на диван.
– Снимала? Всегда считал, что эта квартира принадлежат Быстровой. И соседи так уверяли.
– Соседи! – возмутилась вошедшая. – Им-то откуда знать! Квартира досталась мне после смерти родственников, вот и сдаю ее, чтобы финансовое положение поправить.
– Где же Беата жила?
– Тут.
– Я имею в виду, где ее собственная квартира? Простите, как вас зовут?
– Олеся, – ответила женщина. – А вы кто Беате будете?
Я нацепил на лицо самую сладкую улыбку и пропел:
– Разрешите представиться, Иван Павлович Подушкин, дальний родственник несчастной. Вот, мать Беаты попросила забрать кассеты, хочет…
– Разве ее мать жива? – удивилась Олеся. – А мне Беата сказала, что давно лишилась родителей.
Сообразив, что сморозил глупость, я начал выкручиваться, словно собака из лап тигра:
– Вы не так меня поняли. Я имел в виду свою мать, она приходится Беате пятиюродной теткой. Девушка оставила у нее ключи, ну на случай форсмажорных обстоятельств.
– А мне она говорила, что в случае чего следует обращаться к Лере, – протянула Олеся, разглядывая мой костюм.
Я чуть было не спросил, кто это такая, но вовремя прикусил язык и изобразил полнейшее недоумение.
– Извините, я говорю только о том, что знаю! Я возьму кассету?
– И вещи заберите, – велела Олеся, – мне они ни к чему, буду квартиру вновь сдавать.
– Хорошо, – растерялся я, – давайте прямо сейчас позвоню Лере и попрошу забрать одежду.
– Видик тоже ее!
