Следом я принялась тщательно осматривать все ящики стола. Вдруг там есть что-то полезное. Ну, точно должно быть. Например, телефон, письмо, чеки, да что угодно. В голове появилась совершенно безумная и абсолютно не имеющая никакого подтверждения идея: вдруг он сам заказал свое убийство, а потом клининг? Но тогда почему никто не вызвал полицию? Разве толпа уборщиц бы не испугалась трупа? Сколько же дней он тут пролежал, что даже появился запах? И это при работающем на всю катушку кондиционере? Нужно будет уточнить этот вопрос у Кирьянова. Надеюсь, он додумается поторопить экспертизу без моей подсказки. Он же понимает, что мне нужно срочно?
Но, несмотря на полную пустоту в моей голове по поводу этого дела, в ящике Кострова я нашла интересующее меня заявление об увольнении. К нему была прикреплена очень нелестная рекомендация об этом сотруднике. Такой отзыв работодателя обрубал этому Антонову Ивану Владимировичу доступ к любой работе. Даже нашим местным дворником. А там не то чтобы сильно большие требования к работникам. Если берут даже тех, кто уже, так сказать, отмотал срок. Иногда берут и тех, кто его еще мотает. Так сказать, досрочное освобождение за хорошее поведение. Но такое обычно происходит редко и только по большому денежному знакомству.
Я еще раз пролистала все документы, но они не могли иметь никакого отношения к делу и не имели. Счета месячной давности, списки дел и распоряжения сотрудникам, выговоры и копии зарплатных листов. Ничего интересного.
Я интересовалась подробностями некоторых бумаг у Игоря. Но он тоже ничего интересного сказать не мог. Обычные скучные бумажки. Просто счета. Просто записки. Просто личные документы.
Поэтому я снова вернулась к заявлению на увольнение. Я перечитала его еще несколько раз, чтобы убедиться, что это не просто очередной документ, а настоящий мотив для убийства. А еще он не был подписан, на нем не стояла никакая печать. Что делает мотив только сильнее.
Убить начальника, чтобы не успел уволить. Но я решила удостовериться. Вдруг это и правда настолько плохой сотрудник, который даже и не знал, что его увольняют. Но тут же я задумалась. Если убийца и правда он, то почему не забрал заявление? А оставил его почти на виду?
– Мне нужна твоя помощь. Кто этот человек и какие у твоего отца мотивы увольнять его? – Конечно, я почти уверена, что нащупала первую ниточку, за которую можно дернуть, чтобы начать распутывать дело. Как же я люблю такое.
– Это? Хм… Это Иван, лучший друг и бизнес-ассистент отца. Папа много рассказывал, что они близко дружили еще со школы. Потом учились вместе в вузе, где он увел у Ивана маму. Это не то чтобы сильно приятная история, но все равно даже после этого они продолжали дружить. Только вот у него с работой не ладилось почему-то, поэтому отец и взял его к себе. Ведь специалист с золотой медалью, красным дипломом и мертвой бизнес-хваткой ему был необходим. Но уволить? Не знаю, не имею ни малейшего понятия. Вряд ли это могло быть из-за ссоры. Они оба отлично разделяли личное и рабочее, – Игорь рассматривал бумагу удивленно, вчитываясь в текст. – Такие характеристики ужасные. Может, хотел припугнуть? Но за что? Может, розыгрыш какой?
Игорь подошел к столу, чтобы положить заявление обратно, но неловко запнувшись о ковер, чуть не упал. Он схватился рукой за стол, а уголок ковра слегка завернулся, и я заметила грязь на полу. Под ковром был большой грязный и засохший след.
– Игорь, стой на месте! Где здесь линейка? – Он стоял в опасной близости от следа. Любой неловкий шаг, и он сотрет пока что единственную имеющуюся у нас улику.
Я указала на этот след, и мужчина все понял без слов. Он осторожно отошел в сторону, не задев отпечаток и достал линейку откуда-то из недр книжного шкафа.
Пока я измеряла размеры этого следа, в моей голове быстро закрутились шестеренки. Вот оно! Моя догадка похожа на правду. Это явно отпечаток мужского ботинка, исходя из его размеров. Заявление об увольнении с плохой рекомендацией. И он еще близок к семье, раз лучший друг. А значит, у него есть доступ в дом.
После такого увольнения ему точно понадобятся деньги. А брильянт достаточно мелкий, чтобы его пропажу можно было не заметить или списать все на неосторожность и купить новый. У Костровых денег навалом.
Вряд ли убийца задумывался, что этот камешек что-то значит для души, а не для кошелька. Или, наоборот, точно знал, что этот камень разобьет сердце Марине, и, решив отомстить другу через его жену, утащил камень. Чтобы безутешная женщина рыдала в три ручья.
Но стоп. Сначала нужно все выяснить. Но пока что это самый очевидный исход дела. Хотя, конечно, я не могу быть уверена, что это был точно Иван. И что след каким-то образом относится к делу.
