«Ой! Аля же просила поискать в комнате Вероники фотографии и еще что-то, способное помочь в ее поисках», – вдруг вспомнила она и направилась к тумбочке, в которой, как ей казалось, можно было отыскать что-то полезное. И Валентина Петровна не ошиблась. Практически сразу в ее руках оказались фотокарточки, на которых была изображена Вера с какими-то людьми. Никого из них женщина не припоминала. Только один снимок натолкнул ее на воспоминания. На фотографии была запечатлена стройная черноволосая девушка, примерно того же возраста, что и Ника. Она выглядела довольно ухоженной, симпатичной. В ее ушах красовались длинные и тяжёлые серьги с дорогими камнями. Глаза были слегка прищурены, а рот скривился в коварной улыбке. Девушка напомнила Валентине Петровне лису и, несмотря на ее красоту, показалась женщине весьма неприятной особой. И тут ее осенило! «Ну, конечно! – подумала она. – Это ведь Наташа. «Натали», – как она лично мне представилась на свадьбе Вероники и Вячеслава. Вот ведь хитрющая особа! Вероника назначила ее свидетельницей, значит, считала на тот момент своей лучшей подругой. Но та не побрезговала ни дружбой, ни доверием к ней со стороны невесты и, улучив момент, бросилась на шею к Вячеславу. Он был изрядно выпивший и, кажется, сразу даже не смог осознать, кто находится рядом с ним и что происходит. Но в этот самый момент в комнату вошла Ника и застала своего мужа в объятиях подруги. Вероника не стала устраивать скандала, так как понимала, что из этого получится грандиозное шоу для журналистов, поэтому почти шёпотом выставила экс-свидетельницу за дверь своего роскошного дома, а на Вячеслава бросила неодобрительный взгляд, от которого он, кажется, протрезвел в минуту». Валентина Петровна взяла несколько снимков, включая этот, почему-то посчитав, что он может ей пригодиться, и положила их в потайной карман своей клетчатой сумки. – «Интересно, а был ли у Вероники еще после этого разговор с Наташей или они так и расстались на этом? И что Ника сказала потом Вячеславу, когда гости разошлись, а мужчина до конца протрезвел?» – думала Валентина Петровна, вспоминая Веронику, какой она увидела ее на свадьбе. Девушка казалась ей тогда особо привлекательной и обворожительной. Про таких говорят: «без изъяна». И, действительно, подкопаться было не к чему: шикарное белоснежное платье струилось по утончённой фигурке, напоминающей статуэтку, гладкие локоны ухоженных волос спадали на оголённые плечи, глаза смотрелись как два больших горных озера. Сама того не заметив, Валентина Петровна всплакнула, ощутив, как сильно соскучилась по племяннице, которая смогла заменить ей и детей, и внуков. Какой-то непонятный шорох отвлёк ее от мыслей о Веронике и заставил снова подойти к двери. Сквозь маленькую щелку она заметила, как Вячеслав в спешке, но по-прежнему стараясь не шуметь, вышел на улицу. Тёплой одежды на нём не было. И это весьма удивило пожилую даму, которая, укутанная в зимнее пальто, умудрилась сегодня промёрзнуть практически до самых костей. «Неужели он осмелится уйти из дома сейчас, на ночь глядя, и прийти только к утру, проведя всё это время в объятиях какой-то дамы? Интересно, а Вероника вообще в курсе всего этого или для нее это тоже было бы полной неожиданностью?» – думала женщина и ощущала, что мозги ее начинают плавиться от переизбытка неприятной информации, засорившей сегодня голову. Предсказав у себя начавшийся приступ мигрени, Валентина Петровна мысленно поспешила успокоиться и отправилась спать, даже толком не умывшись на ночь. Она больно зажмурила глаза, стараясь не думать о фигуре, которая виделась ей в прошлый раз, и практически провалилась в сон. Вскоре уши ее уловили шорох, который раздался снизу и, видимо, принадлежал Вячеславу, вернувшемуся с вечерней прогулки. Женщина вздохнула с некоторым облегчением, и на ее губах обозначилась еле заметная улыбка.
Аля после встречи с Валентиной Петровной прямиком направилась домой. В ее душе творился настоящий сумбур, похожий на сгусток многочисленных эмоций. Они касались и ее новой знакомой с пропавшей племянницей, и ее настроя на правильный образ жизни, которого она никак не могла добиться, и ее личной жизни, практически отсутствовавшей на сегодняшний день. Девушка подумала о том, что родители уже, наверняка, освободились от всех своих дел и теперь спокойно сидят перед телевизором, за чашкой горячего чая. Она любила заставать их именно в этот момент, особенно, если сегодня мама расщедрилась и напекла с утра вкусных пирожков с повидлом. Она открыла дверь своим ключом и удивилась тому, что на пороге никто не встретил. Дома было тихо и почти темно. Небольшой свет падал из родительской комнаты, благодаря чему Аля поняла, что дома всё-таки кто-то есть. Она тихо сняла с себя куртку, быстро ополоснула руки и подошла к приоткрытой двери, откуда доносилось мерцание. Постучалась. Из-за двери раздался еле заметный шорох. – Мам, ты здесь? – робко спросила она и сделала шаг в маленькое помещение.
– Угу, – тихо произнесла мама, не поворачивая головы от стены и не глядя на дочь.
