– Нас отправят на море. Будем принимать грязевые ванны и плескаться в воде.
Пауза, и уже назидательно:
– Но это лишь в том случае, если будешь хорошо себя вести. Надеюсь, у тебя хватит ума забыть про свои бунты? Они утомили не меньше, чем вся эта нищета.
Занятно. И да, тут всё же требовались пояснения.
– Разве я сопротивлялась свадьбе?
Офелия посмотрела с великим возмущением.
– Издеваешься, милая? Да ты извела и меня, и лорда Бертрана. Ума не приложу почему он до сих пор не отказался от этой затеи. Святой человек. Просто святой.
Я нахмурилась и прикусила язык. Что ж, тут плюс-минус понятно. А что с домом? В каком он состоянии?
Лучше бы не спрашивала.
Лучше бы не думала!
Всё оказалось ужасно – стоило переступить порог особняка, как меня начало мутить.
Я понимала, что увижу нечто непрезентабельное. Была готова к ветхому, местами ободранному фасаду, отсутствию приличной мебели и прочим элементам обнищания. Сюрпризом стало другое – тонкая, едва уловимая, но совершенно отчётливая вонь.
– Чем пахнет? – не выдержав, я зажала нос пальцами.
– Да кто ж знает? – беззаботно отмахнулась толстушка.
У меня аж рот приоткрылся. В смысле «кто знает»? Из всего услышанного я сделала вывод, что мы с Офелией живём вместе – так неужели её не волнует запах? Он ужасен! Ещё немного, и меня действительно стошнит.
Я была готова ринуться в атаку. Высказать всё и тут же, незамедлительно, отправиться на поиски источника вони, но «мадам» отрезвила. Она посмотрела очень пристально, с огромным таким подозрением.
– Кажется ты ударилась головой слишком сильно, милая. Давай-ка в комнату. Сейчас принесу твои пилюли.
Оу. Очередной сюрприз?
Теперь по спине побежал холодок. Я всегда верила в интуицию, но со мной она срабатывала лишь в крайних случаях. Чуять пятой точкой я умудрялась исключительно катастрофы, и это была одна из них.
Офелия по-прежнему смотрела подозрительно, и сильно за меня волновалась, но…
– А что за пилюли? – утонила я осторожно. – Прости, я правда не помню.
Женщина шумно вздохнула, её брови сложились жалобным домиком.
– Ох, девочка моя… Да успокоительное твоё, которое помогает не делать глупостей. Лорд Бертран и тут позаботился. Тебе достанется такой замечательный муж.
Очень опасно, но промолчать опять не удалось. Любопытство оказалось сильнее благоразумия:
– А о чём ещё позаботился… мой жених?
Теперь толстушка посмотрела с горечью – видимо решила, что я тронулась умом окончательно.
Зато ответила:
– Так он наш главный кредитор, милая. Знал, что платёжеспособными никогда не станем, но всё равно выдавал ссуды. И дом этот, – она повела рукой, указывая на стены с бледными, частью повреждёнными обоями, – и родовой замок, и земли твои, и драгоценности… всё под залогом у лорда Бертрана. А он так добр, что до сих пор нас не выгнал.
Та-ак… Та-а-ак!
Я не знала местных законов, не знала ситуации с разорением, но слова Офелии мне очень не понравились. Бизнесмены – а в том, что Бертран тот ещё делец сомневаться не приходилось, – добрыми не бывают.
А ещё какие-то пилюли. И свадьба! Всё это точно неспроста.
– Что ж, – отвлекая от хмурых размышлений, позвала Офелия. – Хватит болтать. Мы обе устали, пойдём провожу?
– Да уж… где комната я не забыла. – Это была, разумеется, ложь! Попытка сгладить предыдущую амнезию, убрать подозрения.
К счастью, расчёт оказался верным, и компаньонка решила, что одна я точно не доберусь. Подхватив под руку, она потянула к широкой, уводящей на второй этаж лестнице. Затем провела по коридору и лично распахнула дверь.
Тут настал момент знакомства с личной территорией леди Алексии, и… А можно мне в какой-нибудь другой особняк? Можно я перееду?
– Милая, да что ты заколебалась? – Офелия участливо подтолкнула в спину.
Комната была небольшой, запылённой и в ней царил жуткий беспорядок. А ещё тут тоже был запах, но другой – не вонь, а обыкновенная затхлость. Промолчать опять не удалось:
– То есть слуг у нас тоже нет?
Толстушка печально покачала головой, и я уже приготовилась узнать, что весь этот огромный дом мы обслуживаем вдвоём, но…
– Разве ж это слуги, милая? Так, бездельники.
– Мм-м… Если бездельники, то зачем мы их держим?
– А кто ещё согласится работать бесплатно?
Я уставилась на Офелию как баран. Понимала, что надо реагировать как-то помягче, но положение было слишком странным.
– Ну что ты смотришь? – толстушка опять вздохнула, на сей раз горестно. – С нами остались только те, кому некуда пойти. Остальные разбежались, прихватив с собой много разного добра. Тебя обокрали, девочка, а я ничего не могла сделать. Я всего лишь слабая женщина.
Ясно, что снова ничего не ясно.
Что ж, продолжаем собирать информацию.
– Раздевайся, дорогая, – добавила Офелия. – Я скоро вернусь.
***
Хорошая новость заключалась в том, что меня всё-таки покормили. Правда на этом позитив и закончился. Весь мой ужин состоял из тонкой чёрствой лепёшки, половинки яблока и стакана воды.
Еду принесла тощая замызганная девчонка с выразительными чёрными кругами вокруг глаз. Страсть как хотелось устроить ей допрос, но я сдержалась. Достаточно того, что о нетипичном поведении Алексии знает мадам Офелия.
