При всех оговорках относительно «изменчивости» общественных настроений, они - эти настроения - складываются сейчас явно не в пользу тори. А это значит для них не просто еще одно поражение. В этом случае лидер лейбористов Вильсон стал бы первым с начала века лидером партии, одержавшей кряду три победы. В этом случае перед лейбористами открывается перспектива более чем десятилетнего (с осени 1964 года) беспрерывного правления, что, конечно, может существенно повлиять на характер всей политической жизни в Британии. «Лейбористские» десять лет - это новые возможности для глубинного сращивания верхов лейбористской партии с государственным и административным аппаратом, с финансовыми и промышленными кругами, и, напротив, - определенное оттеснение от таковых деятелей консервативной партии; это вероятность расширения политического влияния лейбористов за пределы профсоюзных масс на так называемый «средний класс» - многочисленный в Британии слой, составляющий до сих пор главную социальную опору консерваторов; и это еще вероятность закрепления «психологического сдвига» в стране в пользу признания «закономерности» лейборизма, чего тори опасаются, быть может, больше всего. Отметим, к слову, что уже и теперь в западной прессе вошло в оборот выражение о «начале социал-демократической эры» в Западной Европе в противовес длительному периоду правления старых буржуазных партий; уже и теперь там и сям попадаются ссылки на социал-демократическое правительство Бранд-та в Западной Германии, левоцентристский кабинет в Италии (с участием социалистов и социал-демократов), на влияние социал-демократии в Скандинавии и, конечно же, на опыт пятилетнего правления британских социалистов (как называют еще лейбористскую партию), и поскольку последний во многих отношениях рассматривается как эталон и образец для подражания партиям подобного толка.
Так, в самых общих чертах, представляется со стороны значение нынешней избирательной кампании в Британии, а следовательно, и ее отличия от предыдущих кампаний 1964 и 66 годов. С точки зрения тори, ставки в ней значительно выше. И нынешняя схватка за Вестминстер будет, думается, самой жестокой из всех в послевоенные годы, тем более что позиции двух ведущих в стране партий - особенно лейбористской - заметно разнятся с позициями в недалеком прошлом.
Суть не в том, что в данный момент шансы лейбористов на победу предпочтительнее шансов консерваторов. К выборам в марте 1966 года тотализатор «Ледброка», принимающий ставки на судьбы политических партий и деятелей точно так же, как на жеребцов в скачках «Грэнд нэшнл», тоже считал, что большинство в Вестминстерском дворце будет у лейбористов. Важно уяснить, как и при каких обстоятельствах произошла эта смена настроений. Ведь еще летом прошлого года впечатление было таково, что Вильсон списан со счетов как премьер страны и лидер партии, влиятельная «Таймс» настаивала тогда на создании коалиционного правительства, не дожидаясь новых парламентских выборов, а глава газетно-издательской «группы миррор» Се-силь Кинг без церемоний отказал лейбористам в своей поддержке собственноручно написанной статьей, хотя его «Дейли миррор» выступала с пролейбористских позиций все послевоенные годы и, как считают, сыграла «решающую роль» в смене правительства Черчилля кабинетом Клемента Эттли тотчас же после войны.
Прошло меньше года, и крупнейшие английские газеты (исключая лишь верные консерваторам «Дейли телеграф» и «Дейли мейл») почти олимпийски взирают на баталии между лейбористами и тори, сохраняя «беспристрастность на обе стороны». Причем тон их стал меняться не сейчас (когда «все и так ясно»), а еще минувшей осенью. Толчком к такому пересмотру послужили одновременно ряд обстоятельств, «экономический успех» лейбористов - в первую голову. В сентябре прошлого года - впервые за много лет - лейбористское казначейство объявило о положительном сальдо в платежном балансе страны за август. К концу года оно составило около 400 миллионов фунтов стерлингов. Нет нужды подробно напоминать, какой ценой заплатили за сбалансирование национального бюджета английские трудящиеся: годы жесточайшего режима экономии, замораживания заработной платы, девальвация фунта в 1967 году, урезавшая его на 14,3 процента, а вместе с тем и реальную покупательную способность населения. Для финансистов и промышленников важен был общий результат, и он их устраивал. Британия снизила «издержки производства» за счет трудящихся и выходила из кризиса - а это именно от лейбористского правительства и требовалось,
