Лорд Перси бежал следом - я слышал его хриплое, с присвистом дыхание за спиной.
Я думал, лестница никогда не кончится. Пролёт сменялся пролётом, на перилах и ступенях поблёскивали пятна чёрной слизи - надо было следить, чтобы не вляпаться и не поскользнуться; на пятки наступал толстый старикан в полосатых чулках - мантию он с остервенением содрал, пару раз наступив на подол.
Наконец впереди замаячили громадные двери. Створки были закрыты, но из-за них доносился грохот, вой пламени и воинственные вопли.
Я распахнул створку. В стену, прямо перед моим носом, вонзились, один за другим, три ножа.
Пригнувшись, мы с лордом Перси проникли в кухню и присели за громадной плитой, в духовке которой можно было зажарить целого быка.
Кухня была полна чёрного дыма, запахов пригоревшего жира и чеснока. В бесчисленных жаровнях, кастрюлях и сковородках что-то жарилось, парилось и клокотало. Меж ними, как черти в преисподней, метались повара. Под сводчатым потолком, поддерживаемым чёрными закопчёнными балками, зависла Искомая Зверь. В этом исполинском, древнем помещении, сохранившемся в первозданном виде с тех пор, как предки нынешних правителей притаскивали с охоты тонны убитых рябчиков, кабанов и оленей, она смотрелась не так уж и чужеродно.
Вокруг витали призраки невинноубиенных животных, а люди, здесь работающие, как никто были знакомы со смертью.
Завеса в кухне была необыкновенно тонка, и сквозь неё, как через тонкий тюль, Искомая Зверь чуяла ветер Той стороны.
Зверь тонко и нудно выла на одной ноте, повара метали в неё ножи, тесаки и другие острые предметы, но кухонная утварь отскакивала от толстой шкуры, орошая кухню стальным дождём.
Копьём её не возьмёшь, - вспомнил я слова бваны...
И вновь обратился к Нави. Дернул Завесу, сорвал её, словно пластиковую шторку, и вскарабкавшись на плиту, накинул на Искомую Зверь. Потянул за концы, завязал в узел... Тварь клубилась внутри Завесы, как стая бешеных бульдогов. Вот в одном месте клацнули челюсти, и в Завесе появилась дыра. Я зажал её рукой. Но челюсти клацнули в другом месте, затем в третьем...
- Отойди, - прозвучало из-за спины. Я оглянулся.
Машка, в своём кольчужном платье, но почему-то босиком, стояла посреди кухни, с гранатомётом наперевес.
- Маш, ты чего?
- Освободи дорогу, - прорычала напарница сквозь зубы.
- Тебя снесёт к чёртовой бабушке! Давай лучше я...
- Спокуха, - криво улыбнулась она. И улыбочка эта не предвещала ничего хорошего. - Лучше подержи меня.
- Всем покинуть помещение! - не терпящим возражений тоном прокричал лорд Перси.
Это он правильно, - подумал я. - Когда Машка так улыбается, людям лучше держаться подальше...
Подождав, пока последний поварёнок скроется за дверью, я встал за спиной напарницы и упёр ладони ей в спину.
Маша открыла огонь. Выстрелы гулко отдавались под сводом кухни и ложились один к одному, прямо в центр завёрнутой в Завесу твари.
Зверь пыталась их поглотить. Она то вспухала, то опадала, внутри неё бушевало пламя, наружу вырывался чёрный дым и хлопья копоти.
Нестерпимо воняло горелым мясом.
К тому времени, как Машка выпустила весь магазин, Искомая Зверь осела на пол бесформенной кучей, по которой лишь изредка пробегали всполохи тёмного дымного пламени.
- Как ты догадалась, что это сработает?
Было жарко. К потусторонней вони дохлой твари добавлялся чад подгоревшего жаркого. Я чувствовал, как по спине, бокам и пузу течёт пот.
Вытерев полой рубахи лицо, я посмотрел на напарницу.
- Учитель сказал, что тварь очень древняя, - Маша передернула голыми плечиками. - Я и подумала: значит, она не знает, что такое гранаты! Она не умеет от них защищаться. Остальное - дело техники.
- Да, но где ты взяла гранатомёт?
Машка потупилась.
- Могут у девушки быть свои секреты?..
- Гранатомёт любезно одолжил комиссар Страйк, - сказал бвана, входя в помещение и вытирая руки какой-то промасленной ветошью. - Я предвидел нечто в таком духе и попросил поделиться огневой мощью.
- Где Блэквуд? - спросил я.
- На пути в Тауэр, - небрежно ответил Лумумба. - Страйк обещал предоставить ему самый глубокий, сырой и тёмный каземат.
И тут Зверь шевельнулась.
Мы с Машкой вздрогнули и подались назад.
- Всё в порядке, - небрежно бросил наставник. - Это судороги.
Зверь напряглась, сбросила Завесу и одним движением перевалилась в Навь. На полу осталось чёрное выжженное пятно.
- Не может погибнуть креатура, пока жив создатель Её, - продекламировал нараспев лорд Перси.
Мы с Лумумбой переглянулись, как два школьника, не заметивших решение задачки, которое было прямо под носом.
- Я в Тауэр, - бросил бвана и вылетел из кухни, как ошпаренный.
- Я за Зверью, - я опрометью бросился на Тот свет.
Искомая Зверь в Нави выглядела так же, как и в живом мире. Она походила на пиявку с множеством щупалец вокруг круглого, как присоска, рта, с шестью глазами на стебельках, четырьмя кожистыми крыльями и шипами по всему телу. Только вот длиной она стала метров десять, не меньше. И толщиной с взрослого носорога.
