Каннинг, сторонник развертывания военных действий не на побережье Северного моря, а в Испании, не щадил своего коллегу по кабинету ни в речах, ни в письмах. Итог — дуэль. Каннинг отделался легким ранением; гораздо серьезнее оказались нанесенные ему политические раны; на целых тринадцать лет он лишился поста министра иностранных дел. Так мелкий инцидент, личная ссора повлекли за собой последствия международного значения, ибо Каннинг был звездой первой величины на европейском политическом небосклоне. На смену ему пришел маркиз В. Уэлсли, старший брат герцога Веллингтона, не блиставший никакими талантами; с 1812 по 1822 г. внешней политикой ведал виконт Роберт Каслри. Но затем настала «эра Каннинга», и потому позволим себе обратиться к его биографии уже в начале нашего повествования.
Джордж Каннинг не был баловнем судьбы, хотя и принадлежал к дворянскому роду. Предки его прибыльно торговали в Бристоле. Затем некий Джордж Каннйнг в 1618 г. получил от короля Якова I поместье в графстве Лондондерри в Ирландии. Эта вполне респектабельная родословная была подпорчена отцом знаменитого политика. Последний был изгнан из дома за непокорство, — правда с содержанием в 150 фунтов стерлингов в год. Джордж Каннинг-старший занялся было адвокатской практикой, но потерпел фиаско на этом поприще; принялся торговать вином, но разорился и стал подрабатывать журналистикой. Женился он на Мэри-Энн Костелло, восемнадцатилетней красавице-бесприданнице. В 1770 г. в семье появился первенец, будущий премьер-министр. Отец отошел в мир иной, когда малютке исполнился год. А еще через два года миссис Каннинг появилась на сцене Друри — Лейнского театра в Лондоне. Особым дарованием она, видимо, не отличалась, и вскоре сменила столичную сцену на провинциальную. Не забывала она и о личной жизни. Длительная связь с актером Реддишем принесла ей пять детей. Но Реддиш умер от белой горячки. Позднее Мэри-Энн вступила в брак с торговцем тканями Ханна. От этого союза родилось еще пять детей, затем Ханна разорился и умер.
Заботой о воспитании первенца Мэри-Энн себя не утруждала. Но маленькому Джео повезло — его взял в свою семью дядя, Стрэтфорд Каннинг, да и дед развязал кошелек. Мальчик закончил привилегированную Итонскую школу. Семнадцати лет Джордж поступил в Оксфордский университет и в колледже Крайст Черч принялся усердно изучать право. На пустые забавы, столь присущие тогдашнему английскому студенчеству, он времени не тратил, зато заводил полезные знакомства, в том числе с Робертом Бэнксом Дженкинсоном, будущим лордом Ливерпулом и премьер-министром.
Тогда же оформились его умеренно-консервативные взгляды: «Что касается нашей страны, то, хотя я не питаю особого энтузиазма к красотам ее конституции и не слеп в отношении ее дефектов…. я все же полагаю, что на практике это лучшее правление, когда-либо существовавшее в мире».
В августе 1792 г. Каннинг выхлопотал аудиенцию у главы кабинета, Вильяма Питта-младшего, которому поведал о своем желании вступить на стезю политики. Юноша произвел на премьер-министра благоприятное впечатление. Наступали тяжелые времена, назревала открытая схватка с революционной Францией. В этих условиях правящая элита нуждалась в энергичных, волевых и, — парламент есть парламент, — красноречивых молодых людях. 22-летний Джордж обладал всеми этими качествами. Питт обещал ему первое же «дешевое» место в палате общин.
Избирательная система Великобритании была тогда чрезвычайно архаична. Округа не менялись со времен средневековья; во многих так называемых гнилых местечках не насчитывалось и десятка избирателей, их голоса легко покупались. Хороший, недорогой округ «стоил» 300–400 фунтов стерлингов, что составляло годовой доход честолюбивого юноши, поэтому на большую сумму он раскошелиться не мог.
Питт сдержал обещание. Освободился округ Ньютаун на острове Уайт. Местный землевладелец, сэр Ричард Чарсли пригласил горстку избирателей к себе домой, — и, по словам самого Каннинга, появился новый «достойный и независимый член парламента».
25 лет от роду Каннинг стал заместителем государственного секретаря по иностранным делам и под руководством Питта прошел школу Форин оффис. Все силы своего ума, незаурядное красноречие, немалый организаторский талант он посвятил войне с Францией.
Женитьба на Джоан Скотт (счастливая) принесла ему состояние. Но карьера (а тридцати лет от роду Каннинг стал членом Тайного совета) оборвалась в связи с приходом к власти правительства Г. Аддингтона и наметившимися тенденциями к миру. К подписанному в 1802 г. в Амьене договору Каннинг отнесся резко враждебно, и благодарил Бога за то, что не участвовал в подготовке этой «унизительной и позорной сделки».
Мир обернулся кратким перемирием, война вспыхнула вновь, и услуги Каннинга понадобились правительству. В 1807 г. он, уже после смерти В. Питта, занял в кабинете В. Кавендиша ключевой пост руководителя внешней политики. Вскоре Каннинг доказал, что девиз «цель оправдывает средства» для него вполне приемлем. По его настоянию кабинет принял решение о захвате датского флота.
