Бродяга полностью

Кессель перевел дух. Срываться на подчиненных — последнее дело. Не их вина, что их так мало.

Подойдя, он застал на месте двоих помощников. Один — тот, что присылал ему записку с отчетом. Второй — только подошел, вызванный первым. А объект, как выяснилось, ушел в неизвестном направлении.

Оба наблюдателя давно покинули пост на чердаке чужого дома. Точнее — это сделал тайком первый из них еще до прихода второго, чтобы не вызвать подозрений у хозяев. И теперь трое собеседников наблюдали за нужным участком улицы из-за угла.

— Я думаю, он еще вернется, — добавил первый. — Потому и не пошел за ним.

— И почему он должен вернуться? Его здесь чуть не поймали!

— Так ведь не поймали. Вы сами помните — мы все здесь в какой-то момент вчера ночью потерялись. Заплутали в единственном квартале! Сдается мне, больше он такого места во всем городе не сыщет. Опять же — это ведь тот самый квартал, где мы и днем заплутали, когда гнались за ним.

Вот этого маркиз не помнил. Точнее — он помнил чушь, которую несли гнавшиеся за беглецом стражники: мол, потеряли не только его, но и дорогу.

Что за дрянь здесь творится? А стражники-то в лечебнице — ему еще предстояло расспросить их.

— Ладно, — уронил он хмуро. — Раз уж ты так уверен, что он вернется — рассказывай. Что такого странного творилось, что не сумел описать это толком?

— Ну, вы-то видите тот дом? — парень кивнул.

Маркиз окинул взглядом сумрачное строение, скупо украшенное простыми колоннами.

— Вижу. И дом выглядит жилым. На нижнем этаже вон контора стряпчего.

— Не спорю. А заброшенный дом по соседству видите? С обшарпанной дверью, — и смолк на минуту, пока Кессель глядел на него недоверчиво. — Вот и я не вижу, ваша светлость. А он есть! Вернее — был. Хоть и недолго. Понимаете, это трудно объяснить. Это прямо как нынче ночью. Ты идешь и видишь улицу перед собой, фонари, дома, мостовую. А потом вдруг не видишь то, что было перед глазами только что. А видишь что-то другое.

— Может, тебе тоже в лечебнице подлечиться у монахинь? — маркиз нахмурился.

— Пусть у монахинь лечатся впечатлительные стражники, — покачал упрямо головой парень. — А я своим глазам верю! Хоть и говорят они несообразное. Этот тип появился словно из ниоткуда. Точнее — я наблюдал за домом. И вдруг открывается дверь — обшарпанная такая. И он выходит! А дверь почти тут же и пропала, и снова — жилые дома в ряд. Этот тип торчал там какое-то время — возле места, откуда вышел. Только двери больше видно не было. Торчал-торчал, шарил чего-то по мостовой. Когда зашел обратно — дверь снова появилась. На несколько секунд. И еще раз — когда он уходил. Я пытался найти эту дверь на ощупь, когда он ушел. И ничего не вышло!

Повисло молчание.

Маркиз напряженно раздумывал. То, о чем сказал помощник, сильно отдавало мистикой. А он не привык иметь дело с мистическими явлениями. И представления не имел, как быть с тем, кто владеет мистическими приемами. Это даже не магия!

Да, можно обратиться за помощью к магам. Вот только у него приказ — покинуть столицу как можно скорее!

— Оставайтесь здесь, наблюдайте дальше, — приказал он наконец. — Ничего не предпринимать, не пытаться задержать. Остальных двоих тоже сюда подтяните. Глядеть в оба! Вечером выезжаем из Ковентри, — прибавил хмуро. — Приказ его величества!

Развернулся и направился прочь — ему предстояло еще зайти в лечебницу дома милосердия, попытаться расспросить стражников. Возможно, удастся переговорить с кем-нибудь из магов. Хотя это — разве что по чистой случайности. Если с ним вообще станут разговаривать.

Кессель спешно шагал по улице. Почти половину дня потерял с этим докладом! Будь неладны все эти чиновники с их волокитой. И здесь время потерял.

Нет, кое-что он узнал. Вот только это кое-что, скорее, запутало дело, нежели пролило свет на происходящее.

Должен ли он отправить в королевскую палату доклад с изложением того, что услышал от помощника? Формально — помощник собрал сведения до того, как маркиз сообщил ему о приказе убираться из столицы.

Ладно, будет решать проблемы по мере их поступления. Сначала — сделать всё, что запланировал. Доклад можно будет отправить срочным порядком через глаз нарвала.

*** ***

— А зачем вам это, ваша светлость? — осведомился хмурый чародей — один из тех, что были в тот день, когда арестант сбежал. — Зачем вам говорить со стражниками?

— Я еще с утра планировал этим заняться.

— Насколько мне известно, вас должны были отстранить. И отправить из столицы.

— У вас верные сведения. Но я привык доводить дело до конца. А время еще есть — до вечера далеко. К тому же, возможно, я сумею чем-нибудь помочь. В конце концов, люди пострадали, когда были со мной.

— У них есть здесь всё необходимое, — маг покачал головой. — Им обеспечат должный уход. Намерены выехать в ночь?

— День или ночь — какая разница? — Кессель пожал плечами. — Мы на службе его величества, нам ли обращать внимание на мелочи! Я не стал бы тревожить этих бедолаг, но один из моих помощников увидел нечто странное. И я подозреваю, что это связано с бедственным положением здешних пациентов.

— Расскажите мне, — предложил чародей.