— Значит, я не ошибся, — для самого себя сделал выводы тио Ордан, ставя все на кон, в том числе и репутацию. Убить я не убью, а вот отправить на больничную койку, в лазарет, могу. Что я и сделал, стоило рыцарю перехватить клинок сильнее, сжав его в руках.
Делая шаг, занося оружие над головой, готовясь нанести рубящий удар, пылающий солнцем рыцарь, пропустил тот момент, когда я сделал свой шаг и взмахнул ледяным мечом, оставляя на его груди глубокий, покрытый корочкой льда, разрез. Сир рухнул, оглушая поле сражения и пространство вокруг него, грохотом стального доспеха, столкнувшегося с землей. Послышался «Ах!», а после был призван лекарь, который констатировал ранение и проигрыш, но никак не смерть. Но по глазам целителя было видно, как его внимание привлекла разрезающая доспех линия, очертанная льдом, проходящая от правого плеча до левого бока.
— В первом бою трехгранных дуэлей, победу одерживает Шэд Риат, — огласил результат схватки распорядитель, провожая взглядом моего оппонента. Меня же, закончившего свой бой, пригласил пройти на арену магов и понаблюдать за схваткой дуэлянтов.
И я не отказался от желания лицезреть бой Этиара, при этом стоя в первых рядах, да так, чтобы это полукровное дитя пустыни, окутанное южным огнем, видел каждое мое выражение, взгляд, улыбку, как довольную, так и насмехающуюся, превращающуюся в оскал. Бесить и распалять огонь ярой злости, плещущийся в душе, чтобы он пылал в груди праведным гневом, вот до чего я хочу довести Ариона. Чтобы он, каждый раз видя меня, взгляд, мысленно представлял наш бой. Детально, до мельчайших потерь единиц энергии, возможных вариантов развития событий, чтобы он продумывал каждый шаг, перед тем, как нанести удар, вот зачем мне это нужно.
— Для чего все это, господин? — раздался за плечом голос Ильтирима, так же наблюдающего за огненным магом, в очередной раз поймавшего мою улыбку и взгляд, в котором отражалась усмешка, — он ведь вас и так ненавидит, так зачем распалять его огонь гнева еще сильнее? — не понимал моих замыслов эльф, смотря за боем полуифрита.
— Мотивация — наше все, Ильтирим, — ответил я эльфу, продолжая скалиться над Этиором, всем видом говоря, что он неудачник и слабак. Даже в момент, когда противник оказывался на ход ближе к победе, сделал вид, что покидаю зрительский круг, ухожу к достойному вниманию магу, как услышал:
— А ну стоять, Риат! — рявкнул полуифрит, поднимая вверх столб огня, распускающий волны жаркой энергии, одновременно с этим нападая на противника, вкладывая в решающий удар большую часть магии, вынося недоумевающего мага за черту арены. А после, уже обращается ко мне: — тебя ждет такой же исход! — зло выплевывает он, показывая на лежащего соперника, ловящего перед глазами летающих бабочек.
— В первом бою трехгранных дуэлей между магами и волшебниками, победу одерживает Арион Этиор, — огласил результат схватки распорядитель, заканчивая бои на сегодня: — а завтра, дамы и господа, вас ожидает следующие пары трехгранного турнира, а послезавтра день вызовов, где определятся финалисты, сражающиеся за приз и титул чемпиона.
На этом все, зрители разошлись, участники вернулись в трактиры и отели, в которых поселились, а пострадавшие в лазарет, восстанавливаться. Мы же с Ильтиримом, пока нас не заметил Этиор и наблюдающая за его боем нефилим, завернули за угол и направились по улочкам, обсуждая ту миссию, которую я ему поручил перед воротами города.
— Чем же вы, господин, так напугали беднягу Кхатана, что он от одного вашего имени дрожал и готов был все сделать? — интересовался эльф, поднимая из глубин моих воспоминаний тот самый день нашего с антикварщиком знакомства. Не отказал эльфу в рассказе.
— Дело было давно, — начал я рассказ о встрече с Кхатаном, — лет пятьдесят тому назад, не меньше. Бродил я, как и сейчас, по вверенным мне Владыкой землям, заглядывал в города, деревни, села, не обходил стороной и стоящие на отшибе замки, принадлежавшие когда-то давно баронам и графам. В одном таком замке, решив переночевать, я и встретил Кхатана. Он был еще рыцарем, на службе короля Хтара, правителя ледяной Рилии. Матерый, закаленный сражениями воин принял меня за начинающего авантюриста, продвигающего подвигами свое имя.
— Если честно, вас и сейчас за начинающего мечника можно принять, — усмехнулся эльф, тут же опомнившись, кому он это говорит. — Простите, господин, — повинился он, а я отмахнулся. Не важно. Меня это не задевает. Ведь с бессмертием и титулом ко мне пришел нестареющий лик и молодость, которую скрыть я могу исключительно заклинаниями и чарами. — Что вы с Кхатаном делали в том замке? Просто пережидали ночь?
— Нет, Ильтирим, нет. Мы с Кхатаном должны были составить компанию принцессе, добрейшей душе, любимице слуг, сосланной в дальние земли за неповиновение и отказ соединить государства по средствам брака, — Уточняя: — по крайней мере, нас так заверили те самые слуги, когда приглашали переночевать под крышей замка.
— Я так понимаю, приглашали они вас в замок не по доброте душевной, — не вопрос, а факт, с которым не поспоришь.
